Scisne?

Уроки атеизма. Еще раз о Pussy Riot, чистоте, любви и шалостях

Александр Невзоров

Комментарии: 1

Итак, подведём итоги той драмы, в которую переродилась шалость пяти девочек в так называемом «Хэ Хе Эс». Что мы имеем и что мы должны увидеть во всей этой истории, что для нас в этой истории является наиболее любопытным?

Для нас это уникальный результат абсолютно чистого эксперимента, когда мы можем видеть научное, практически лабораторное доказательство того, что есть в действительности религия в соприкосновении со свободой, достоинством, личностью и современностью. Вероятно, другой такой образчик даже невозможно и припомнить. И невозможно найти столь же красноречивую, столь же характерную и демонстрационную ситуацию.

Мы увидели то, о чём читали только в книгах. То, что казалось возможно фантазиями Карлхайнца Дешнера или Ли о том, что такое религия, о том, с какой поразительной лёгкостью и злобой она приносит в жертву фантазиям реальных людей. Пока не реальные жизни, а лишь судьбы. Но по тому замаху, по тому оскалу, по той кровожадности, которую религия продемонстрировала, мы прекрасно понимаем, что малейшее послабление приведёт к тому, что она уже будет пожирать не только судьбы, но и семьи, и жизни, и целое поколение. Это драгоценный случай, который, вероятно, очень многим откроет глаза на сущность религии. Потому, что всегда всем кажется, что атеисты что-то драматизируют, что-то не договаривают, что всё изменилось, что сейчас не может быть так, как было на площадях германских, английских, русских городов, когда в огне трещало чьё-то живое мясо и горели чьи-то волосы; когда кого-то сажали на кол, кого-то сжигали в клетке на льду Москва – реки, как это было принято в России. Нет, всё абсолютно возможно. Надо понимать, что вся эта история, конечно, целиком религиозна и целиком православна, более того, если мы рассмотрим суд, то мы увидим, что в качестве потерпевших выступают со своими православными обидами православные люди. Если мы посмотрим на гособвинителя и на всю обвинительную сторону, мы увидим редчайший крен в религиозность и в самое безудержное и откровенное православие. Если мы посмотрим на те экспертизы, которые легли в основу скандального решения суда, мы опять-таки увидим абсолютно православные экспертизы, которые с точки зрения православности рассматривают шалость этих девочек. Так что все православные могут считать себя соавторами этого приговора, и прятаться за разговоры о власти, разговоры о бессудности и кривизне судебной системы можно конечно, и это всё тоже имеет место быть. Но следует помнить, что это, прежде всего, был православный процесс и торжество православия над свободой, над личностью, над правами и над современностью. А для нас это действительно лабораторный результат того, что такое религия сегодня.

На этом фоне очень забавно попискивание интеллигентов, которые всё время апеллировали к тому, что христианство, православие – это религия прощения, религия любви и христиане якобы сами нарушили свои же собственные правила и заповеди. Да ничего подобного. Они полностью этим заповедями и правилам соответствовали, потому что разговоры о том, что христианство является религией любви, основаны на абсолютном непонимании, незнании религии и на дикой наивности. Да, там, действительно, присутствует некая любовь. Совершенно верно. Но следует понимать, что эта любовь распространяется только на членов этого религиозного сообщества, только на членов секты. Малейшие отступления от правил религиозного сообщества или секты уже вызывает бешеную ненависть, отторжение и даёт право делать с этим отступившим всё, что угодно. Давайте вспомним всю мировую историю, я не буду перечислять, таких примеров действительно сотни тысяч. Поэтому слово «любовь» – оно пригодно только внутри христианского сообщества, устремлённое и направленное наружу оно чаще всего не имеет этого смысла. К тому же, опять-таки, давайте не будем забывать, что у христиан многие понятия очень забавным образом трактуются. Если мы попытаемся понять слово любовь в их исполнении, то надо, вероятно, провести какую-то наиболее лёгкую, простую аналогию, например, с чистотой. Вспомним, что и на христианских службах, и на православных и на католических, на любых, абсолютно, есть такая фразеологема: «Житие проживём во всяком благочестии и чистоте». А теперь давайте посмотрим строго очень и доброжелательно о том, что такое есть чистота в её эталонном христианском понимании. Давайте обратим внимание на то, какие эталоны чистоты нам предлагает каноническое христианство. Вспомним Святого Иеронима, который благоговейно подчёркивает, что Святой Илларион доказал свою святость прежде всего тем, что провёл свою жизнь в крайне физической нечистоплотности. Святой Афанасий Великий превозносит Святого Антония Великого – это всё отцы церкви, общие для всех церквей – за то, что тот никогда не мыл даже своих ног. Свидетельство святости Авраама заключается, прежде всего, в том, что он в течение пятидесяти лет не мыл ни единой части своего тела, а Святая Сильвия прославилась тем, что она тоже не мыла никогда ни единой части своего тела, за исключением тех пальцев, которыми крестилась. Мария Египетская тоже прославилась полным абсолютным забвением всяких представлений о личной гигиене, а Семён Столпник был грязен настолько и жил в такой невыносимой грязи, что те, кто приходили к нему на поклон или засвидетельствовать своё почтение, частенько падали в обморок от одного запаха. Как свидетельствует «Житие»: «И телеса свои, и даже лице свое окалях». Окалях – это специальный глагол, который существует в старославянском языке, в церковнославянском языке и означает, ну тысяча извинений конечно, я вынужден перевести, и означает буквально изговнях. Этот глагол употребляется и в церковных православных службах, в частности в песнопении «Покаяния отверзи ми двери». «Студными бо окалях душу свою грехми». И вообще, достаточно широко и часто. И вообще, это преклонение перед абсолютной антисанитарией, это одна из очень серьёзных христианских традиций. Кстати говоря, вероятно, ей обязана своим происхождением традиция тех самых красавцев, романтических рыцарей – крестоносцев, натираться калом Папы. Но это, впрочем, не имеет особого отношения к истории. Важно то, что у христиан, если рассматривать в буквальном их собственном понимании, представления о чистоте очень своеобразны. Вероятно, столь же своеобразны, сколь и представления о так называемой любви.

То, что касается возникших на фоне всей этой истории истерик и различных православных патрулей, требований сжечь, требований посадить на колы, требований вообще каким-то образом свирепо разобраться, ну, что ж, тем лучше. И это тоже замечательно, потому что чем чаще христианство будет демонстрировать своё подлинное личико, тем скорее прорвётся весь этот религиозный фурункул и о нём, наконец, можно будет, вероятно, забыть. Забудет о нём, вероятно, точно также и власть, которая в течение последних двадцати лет очень забавный проводит эксперимент, пытаясь использовать для строительства современного демократического государства, копролиты XV века.

И в качестве последнего довода, вспомним оговорённое о том, что посмотрели бы мы на этих девочек, ныне осуждённых на два года, посмотрели бы мы на них в другом храме. Понимаете, то, что касается храмов у других религий, это сравнение абсолютно некорректно. Все религии абсолютно одинаковые и абсолютно одинаково генерируют нетерпимость и злобу. Но мы видели шалости этих девочек в так называемом Храме науки. Об этом очень любят поговорить те самые православные гинекологи, которые постоянно рассуждают о степени девочковости, например Толоконниковой. Это известный случай, но мы можем пронаблюдать, что когда эти шалости, гораздо более весомые чем в ХХС, происходили в Музее естественной истории, мы не видим ни биологов, ни зоологов, ни академиков, ни журналистов, которые призывали бы кого-нибудь сжечь, судить, которые, вообще, хоть сколько-нибудь бы оскорбились. Потому что они понимают, что любые шалости ничего никогда не отнимут от науки.

И вообще возникает милый парадокс. Как известно, как мы можем пронаблюдать, чем больше у человека святого, тем чаще он хватается за топор или за факел.

26.08.2012
Комментарии: 1