Scisne?

Природа экономических кризисов

Комментарии: 0
Кто имел счастье получить образование в СССР помнят, что регулярные кризисы являются неотъемлемой чертой капитализма. Их еще называли кризисами перепроизводства, что хоть и не совсем верно, но не так уж далеко от истины.

И, к сожалению, кризисы действительно случаются регулярно. К концу 90-х был момент, когда многие экономисты даже стали осторожно высказывается в том смысле, что мы уже научились предотвращать эти неприятности. И хоть доля правды в этом была (об этом ниже), но сейчас очевидно, что полностью предотвращать кризисы пока невозможно. Прояснив этот момент, можно задаться и вопросом вынесенным в заголовок – почему кризисы происходят?

Дело в том, что рынок работает как реальная – неидеальная – система управления. И те кто знаком с теорией знают, что в реальной жизни система управления не может удержать объект в точности на заданной траектории. Вместо этого происходят периодические колебания вокруг этой траектории, то есть вместо прямой линии получается синусоида, или спираль в общем случае. А те, кто когда-то видел полет зенитной или противотанковой управляемой ракеты с точки недалеко от ее запуска, мог даже наблюдать эти колебания воочию.

У рыночной экономики та же проблема. Как система управления она работает гораздо лучше госплана на микроуровне, но на макроуровне удержать экономику на идеальной траектории у нее не очень получается.

Да, кстати – идеальная траектория в случае с экономикой, это стабильный рост ВВП равный росту количества работников умноженному на рост производительности труда.

Так вот вместо стабильного роста получаются эти самые циклические колебания – то экономика растет слишком быстро, значительно обгоняя идеальную скорость, то ее рост замедляется, или даже может случится небольшое и краткосрочное падение.

Это была математика. А в чем суть физических процессов, которые вызывает такое поведение? В случае с ракетой всему виной ее ненулевая инерционная масса. Если она, к примеру, отклоняется вниз, система управления выдает сигнал поворачивающий рули и направляющий ракету вверх. Но к тому моменту, когда ракета возвращается в точку на идеальной траектории, она успевает набрать приличную вертикальную скорость, и по инерции проскакивет эту точку, отклоняясь на этот раз уже выше. Система управления снова выдает корректирующий сигнал, и цикл повторяется в обратном направлении.

То же самое и с экономикой, только на этот раз речь идет об инерции человеческой психологии. Когда заканчивается очередной кризис, экономика начинает расти и наступают относительно хорошие времена. Работники и их менеджеры начинают постепенно расслабляться. И пропускают момент, когда производительность труда падает больше, чем ей следовало бы. В это время на фондовом рынке все привыкают, что акции идут вверх, и начинают покупать просто потому, что они растут. То же самое с недвижимостью. В общем, надувается очередной пузырь, в конце концов он лопает, и маятник начинает работать в обратном направлении. Теперь уже наоборот все инвесторы в панике пытаются избавиться от акций даже когда они явно дешевле, чем их реальная стоимость. А компании начинают увольнять всех подряд, а не только лентяев. Очень скоро все пашут с в два раза большей производительностью за меньшую зарплату, и ситуация постепенно поправляется, сигнализируя о начале нового цикла.

Тут нужно заметить, что сами циклы довольно длинные – от 5 до 10 лет, именно поэтому народ и успевает довольно хорошо расслабиться ;) И не удивительно, что под конец длинного цикла многие уже не помнят, что когда-то были тяжелые времена. А те, что помоложе их и не знали никогда. Поэтому когда очередной кризис наконец-то случается, для очень многих это кажется чем-то совершенно экстраординарным, а у страха глаза велики. Тут-то и появляется спрос на всяких хазиных, которые предсказывают апокалипсис со стабильностью часов, которые показывают точное время два раза в сутки.

Кризис выходит из под контроля

В предыдущем разделе я дал весьма упрощенную модель кризиса – хотя она довольно точно описывает многие неглубокие кризисы, включая нынешний. Но есть и другие важные детали, и они могут сделать эту упрощенную модель не более релевантной, чем механику Ньютона для квантовых эффектов.

Как мы уже знаем свободный рынок – это система управления экономикой, которая обычно поддерживает ее на траектории, колеблющейся вокруг идеальной. Но от чего зависит амплитуда таких колебаний? Очевидно что от эффективности системы управления. Если эта эффективность недостаточно высокая, колебания могут пойти по нарастающей пока не наступит полная потеря контроля.

Может ли свободный рынок, как система управления привести к такой катастрофической потере контроля? К сожалению – может, и еще как! А те, кто в начале 20 века думал иначе, смогли увидеть как они были не правы во время Великой Депрессии.

Посмотрим каким образом свободный рынок, предоставленный самому себе, может вогнать экономику в землю как два пальца об асфальт. Время – конец очередного цикла, момент, когда "мыльный пузырь", раздутый во время предыдущего периода опережающего роста, наконец лопается. Первым делом всем становится ясно, что наступили тяжелые времена и нужно экономить. Компании экономят увольняя работников, уволенные работники (и оставшиеся в страхе потерять работу в ближайшем будущем) начинают экономить вообще на всем. В магазин ходят только за самым необходимым.

Продажи товаров и услуг резко падают, и компании-производители, чтобы хоть как-то оживить спрос, сбрасывают цены на свою продукцию. Но эта тактика может только оттянуть неизбежное – недосчитавшись дохода от низких продаж по низким ценам, компании начинают следующий раунд увольнений, а некоторые просто банкротятся. Количество людей выброшенных на улицу растет, народ начинает экономить на туалетной бумаге. Цены падают дальше, но никто ничего не может продать – в конце-концов экономика останавливается. Никто не работает, ничего не производится, и ничего не потребляется. Все умирают.

Этот процесс называется дефляционной спиралью – т.к. характеризуется падением цен на фоне падения производства. И это может случиться хоть завтра… Ну все не умрут, конечно, реальная жизнь отличается от идеальных моделей – может закончиться падением ВВП на 25%, как во время Великой Депрессии. Хотя у меня сильные подозрения, что случись сейчас дефляционная спираль, мы бы так легко не отделались. Т.е. падали бы пока не достигли дна на уровне Великой Депрессии, но не в относительных, а в абсолютных цифрах ;)

Я надеюсь теперь читателю понятно почему экономика считается гуманитарной наукой. Несмотря на всю ее математику, в основе сил ее движущих лежит человеческая психология, и когда она берет верх, все самые гениальные математические модели летят к чертовой матери. А светлые головы, которые об этом забывали, в конце концов попадали, и на большие деньги в том числе. Только четыре буквы: LTCM.

Но вернемся к дефляционной спирали. К счастью, случиться сейчас такое может лишь теоретически. На практике дело обстоит намного лучше – мы знаем то, чего не знали в начале Великой Депрессии. Тогда те, кто должен был управлять экономикой вообще не понимали, что происходит. И только годы спустя Джон Кейнс создал макроэкономику как науку, описав и дефляционную спираль, и способы борьбы с этим явлением.

Решение Кейнс предложил простое до гениальности. Дефляционная спираль – это ведь падение цен. Значит все что нужно сделать для ее предотвращения, это не допустить этого падения! Чего проще, запустить печатный станок – и если придется, разбрасывать деньги с вертолета(с). И вообще, для подстраховки лучше все время поддерживать небольшую инфляцию (как минимум 2-3%).

Кейнс был гениальным экономистом, но его вовремя не остановили.

И он пошел дальше. Почему бы – рассуждал он – не использовать печатный станок для предотвращения кризисов вообще, а не только чтобы не допускать их перехода в дефляционную спираль? Т.е. только возникает угроза что лопнет очередной мыльный пузырь, и дефляции еще и в помине нет, – мы запускаем опережающую эмиссию, и пихаем всем деньги чтобы паника не успела даже начаться! Ну а потом можно осторожно снижать двузначную инфляцию до стандартного минимума в 2%.

Но Кейнс и на этом не остановился! Раз уж мы выяснили, – продолжал он – что свободный рынок необходимо регулировать, то стоит ли ограничиваться только печатным станком? Планирование экономики (через национализацию крупных прдприятий) может наверняка улучшить ее стабильность! А борьба с неравенством должна стать главной целью общества.

Вот какая была страшная Великая Депрессия, раз она даже Джона Кейнса смогла так напугать.

Кризис снова выходит из под контроля

Ну в общем и целом идеи Кейнса были приняты на вооружение. В послевоенной Англии даже владельцев маленьких магазинчиков призывали продавать их в общественную собственность. Индия только сейчас приходит в себя от этого социализма, так же как и (и с еще большим скрипом) Латинская Америка.

Что в этой схеме что-то сильно не клеится, стало ясно в 70-е годы. Англию потрясали перманентные забастовки, и весь Запад, но особенно США, столкнулся с невиданным доселе явлением – стагфляцией. Замедление экономического роста и увеличение безработицы старались лечить по Кейнсу, печатая больше денег. Но происходило что-то странное, чего по Кейнсу не могло быть в принципе – инфляция росла, но безработица и не думала уменьшаться!

Теперь мы знаем в чем была ошибка Кейнса и его последователей. Та самая классическая ошибка, о которой я упоминал чуть выше – экономика не часовой механизм, ее нельзя рассчитывать и планировать полагаясь исключительно на математические модели, без учета психологии. Это, в том числе, объясняет почему рынок работает лучше госплана.

Конец истории

К счастью, все это время среди экономистов развивалась и другая школа, лидером которой догое (и самое тяжелое, кейнсианское) время был уроженец Австрии Фридрих фон Хайек, а потом ее центр переместился в Чикаго (чикагские мальчики, кто помнит, так их называли). Эта школа отстаивала свободный рынок как основной механизм управления экономикой.

Первым их успехом была Чили. Там после неудачных социалистических реформ Альенде, случился переворот, Альенде был убит, а к власти пришел генерал Пиночет. Как генералу ему ближе были идеи плановой экономики, но в конце концов он решил довериться амерканским советникам.

А потом настал черед лечить Америку. Рейган, выигравший президентскую гонку в 81, по совету представителей чикагской школы объявил инфляцию главным врагом. Печатный станок был остановлен, что ввергло Америку в самую жестокую рецессию с 30-х годов. Но довольно скоро она закончилась и с тех пор начался период стабильного роста, который, с перерывом на сравнительно небольшие кризисы, продолжается по сей день. И нынешний кризис – это не конец света, а лишь тот самый очередной кризис, подобный кризису в начале девяностых или нулевых, которые были лишь короткими передышками перед очередным рывком.

На чем основывается моя (и не только моя, разумеется) уверенность, что все кризисы отныне будут проходить без осложнений, по упрощенной модели описанной в первом разделе этой статьи? Она основывается на том простом факте, что в обоих случаях, когда кризисы выходили из под контроля, это происходило в результате неправильной монетарной политики. В первом случае денег напечатали мало, и дали упасть ценам. Во втором случае, их напечатали слишком много, вызвав высокую инфляцию. Теперь мы знаем, что обе тактики были ошибочными, и остается только одна единственная возможность – держать цены стабильными (точнее, удерживать небольшую инфляцию). Четвертого пути монетарной политики быть не может, соответственно никаких других подобных ошибок мы допустить тоже не можем.

Почему финансовый кризис не стал (и не станет) катастрофой

Финансовый кризис – это вообще не кризис экономики как таковой. Это кризис отдельной отрасли. Если вдруг обанкротится Тойота, это же не значит, что должна обанкротиться Сони?

На самом деле, когда возникли проблемы в отдельных банках, многие журналисты и политики (правые) призывали дать им обанкротиться. Мол пусть на смену им придут другие, более компетентные. В этом смысл конкуренции.

Проблема была в том, что компании финансового сектора – это не просто бизнесы по зарабатыванию денег. Они (точнее через них, об этом после) регулируют объем денежной массы, – а мы уже знаем к чему может привести недостаток денег. Поэтому когда в одно солнечное сентябрьское воскресение между министром финансов и срочно собранными лидерами Конгресса произошел такой диалог:

Паульсон: Я прошу Конгресс выделить мне 800 миллиардов, которые я раздам по своему усмотрению избранным мною банкам. Деньги мне нужны сегодня…

Конгресмены хором: Ты что, обалдел?!

Паульсон: … иначе завтра у нас не будет экономики.


Так вот, после того, как конгрессмены обрели дар речи, пришлось проинформировать обо всем американский народ. Вышел Буш на пресс-конференцию – мы, мол, выделили 800 миллиардов срочно. Я понимаю, что это неожиданно, и деньги большие, но иначе случился бы коллапс экономики.

Ну тут уже настала очередь six-pack Joe выпасть в осадок. У нас может случиться коллапс? В эту секунду кризис из финансового превратился в экономический. В следующем месяце продажи упали практически всего, а автомобили просто тупо перестали покупать. ВВП просел на невиданные 8% годовых (т.е. на 8/12% от предыдущего месяца).

В общем, напугали всех конкретно, а кризисы и случаются когда все вдруг начинают бояться. Но и печатный станок, как проверенное средство борьбы со страхом, никуда не делся. Так что после нескольких месяцев его напряженной работы всем стало ясно, что деньги в Америке не кончатся никогда. И это в свою очередь остановило кризис – в этом квартале ожидается небольшой рост.

one-droid
Комментарии: 0