Scisne?

Великое княжество Литовское

Программа Гордона

Комментарии: 0

«Дранг нах Остен» — «Натиск на Восток» ХIII-го века от Рождества Христова на Руси привел к тому, что в течение столетия после нашествия Батыя на месте нескольких десятков земель и княжеств Древней Руси выросли два мощных государства, две новых Руси: Русь Московская и Русь Литовская. Три четверти древнерусских городов — Киев, Полоцк, Смоленск, Чернигов — попали в состав Великого Княжества Литовского. О том, как развивалась «внутренняя» история этого огромного региона Восточной Европы, — доктор исторических наук, профессор, декан исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета Андрей Дворниченко. Эфир 25 февраля 2003.

Дополнительные материалы

Возникновение и развитие Великого княжества Литовского. Литва впервые упоминается под 1009 годом в одной из средневековых западных хроник. Литовцы достаточно поздно появляются на авансцене европейской истории, их политическая и экономическая жизнь, о которой нам сообщают источники, начиная со второй половины ХII в, дышит глубокой архаикой. Распадаясь на множество разрозненных племен, литовцы уже тогда состояли из двух этнографических групп? аукштайте (верхняя Литва) и жемайте (нижняя Литва, или «Жмудь» в русских источниках). Они занимались земледелием, скотоводством и всякого рода промыслами: охотой, рыболовством, добычей меда диких пчел. Справиться с таким сильным врагом, как рыцари, литовцы не могли. Целью крестоносцев была христианизация языческих народов, к которым относились и литовцы. Постепенно завоевывали рыцари Прусскую землю и укрепились там, сильные как своим военным устройством, так и той поддержкой, какую они имели от папы римского и императора из Германии. Литовцы были хорошими воинами, а под влиянием немецкой агрессии весь их быт перестраивается на военный лад. Прекрасно зная свои леса и болота, литовцы заманивали рыцарей в чащобу или наносили неожиданные удары по немецким замкам. О многих славных победах литовцев повествуют немецкие хронисты, которых трудно заподозрить в симпатиях к противнику. Однако справиться с таким сильным врагом, как рыцари, литовцы не могли: не хватало ни людских, ни материальных ресурсов. В этих условиях начинается экспансия литовцев на юг и юго-восток, начинается литовское «завоевание». Распространялся, собственно, не литовский этнос, а власть литовских князей, причем процесс проникновения в русскую среду этой власти был постепенным. Литовские князья утверждаются на столах в некоторых русских городах. Явление это напоминает появление на Руси несколькими столетиями раньше Рюриковичей. Натиск на Русь становится интенсивнее после того, как литовскому князю Миндовгу в 1240–1250 х гг. удается уничтожить своих противников и добиться некоторой централизации. Централизация была относительной, «союз союзов» литовских племен был рыхлым и «самодержство» Миндовга (по определению русского летописца)? не более чем цветистый риторический оборот. Однако именно в это время начинает складываться ядро Литовско-Русского государства Великого княжества Литовского.

Территориальный рост продолжался и при приемниках Миндовга, особенно при князе Гедимине (1316–1341). В состав центра будущего государства входят земли верхней «верхней Литвы»? аукштайте и «приросшие» к ним земли Черной Руси, т. е. Понеманья, а также некоторые части Полоцкой и Турово-Пинской земель. Тут необходимо обратить внимание на одно очень интересное явление. Уровень политического развития литовских «завоевателей» был ниже, чем восточнославянского населения. В то же время литовские князья нуждались в тех материальных и людских ресурсах, которыми обладали русские земли. Такого рода обстоятельства обусловили русификацию верхушки литовцев. Литовские князья принимают православную веру, усваивают русский язык, культуру. Одно время даже столица формирующегося государства находилась на русской территории? в Новгороде Литовском. Позже она была перенесена в Вильно, но характер отношений между этносами в формирующемся государстве остался тот же. Дело, начатое первыми великими литовскими князьями, было продолжено князьями Ольгердом и Кейстутом. Они договорились между собой, разделив функции: Кейстут занимался обороной Литвы от рыцарей, а Ольгерд осуществлял захваты русских земель. В состав Великого княжества Литовского вошли такие древнерусские земли, как Полоцкая, Смоленская (уже при Витовте в начале ХV в. ), Киевская, Чернигово-Северская, Волынская, самая южная? Подолье. Долго шла борьба за Галичину, которая, в конце концов, оказалась руках Польши. Древнерусские земли входили в состав Великого княжества на правах автономии. Дело в том, что великие князья литовские придерживались принципа «мы старины не рухаем, а новин не вводим», довольствовались с6ором дани с присоединенных земель и привлечением к участию в общеземском ополчении местных вооруженных сил. Такого рода отношения закреплялись в специальных договорах? уставных грамотах, весьма напоминавших договоры Новгорода с князьями. Формировалось федеративное государство, пусть со своеобразной, средневековой, но федерацией. Процесс складывания данного государства нет оснований идеализировать? при его создании лилась кровь, захватывались земли, но оно создавалось не одним только насилием. Дело в том, что некоторые русские земли были сами заинтересованы в поддержке литовских князей, не без основания видя в них защиту от монголо-татар. Первые, самые ранние победы над монголо-татарами были одержаны русскими полками в союзе с ратями литовцев. Недаром в исторической литературе оно носит еще название Литовско-Русского государства. Внешняя опасность, необходимость вести борьбу на несколько фронтов, была одной из основных причин возникновения Великого княжества Литовского. С другой стороны, такой характер генезиса государства приводил к тому, что русские земли в составе Литовско-Русского государства долгое время сохраняли свои особенности, внутреннюю структуру и политическое устройство.

Унии Литвы с Польшей. Ситуация в этом регионе начинает меняться в конце ХIV в. В соседней Польше пресеклась правящая династия. После двенадцатилетнего правления (с 1370 г) короля Людовика Венгерского на престоле оказалась его дочь Ядвига. Польские паны, короновав ее, одновременно поставили вопрос о ее браке с Ягайло Ольгердовичем? великим князем литовским. В 1385 г брак был заключен. Одновременно была заключена и Польско-литовская уния (союз), которая должна была знаменовать объединение двух государств. Великий князь Ягайло, приняв предложение поляков жениться на польской королеве Ядвиге и объединить Польшу и Литву, намеревался разрешить противоречия, стоящие между этими государствами, ведь шла борьба за русские земли Волынь и Галич, вместе было легче противостояние немцам, которые угрожали обоим государствам. Ягайло согласился на все поставленные ему условия, принял католичество сам, а в 1387 году окрестил в католичество языческую Литву, и заключил в 1385–1386 г.г. Кревскую унию, которая предусматривала включение Великого княжества Литовского в состав Польского королевства. Однако она так и осталась на бумаге. В Великом княжестве Литовском вокняжился Витовт Кейстутьевич, который сумел добиться самостоятельности Великого княжества в борьбе с Ягайло, с которым у него были и личные счеты? Ягайло был повинен в смерти отца Витовта.

Между тем объединение русских земель и Литвы, как пусть и номинальный, но союз с соседним славянским государством? Польшей, дали в области внешней политики блестящие результаты. Еще в 1362 г. в битве у Синих Вод (Подолье) русско-литовские войска разбили войска трех татарских царевичей, а в 1410 г. грянула знаменитая Грюнвальдская битва. С той и с другой стороны в битве участвовало около 60 тыс. человек? цифра для эпохи Средневековья огромная. Польскими войсками командовал Ягайло, а литовские и русские возглавлял Витовт, участвовали отряды из Чехии и татары. Все это воинство нанесло сокрушительное поражение Тевтонскому Ордену. Был убит даже магистр? глава Ордена? фон Юнгинген и, хотя последующая осада крепости Мальборг (главного форпоста крестоносцев в Прибалтике) окончилась ничем, Ордену был нанесен страшный удар, от которого он так и не сумел оправиться. Совместная победа на поле между селениями Грюнвальд и Танненберг привела к заключению в местечке Городло (Восточная Польша) следующей унии? Городельской. Она, впрочем, также оказала в реальности лишь личной, номинальной? оба государства сохранили свою самостоятельность. Значение Городельской унии 1413 г. состоит в том, что именно с нее начинается весьма неоднозначный процесс? процесс полонизации и католизации Великого княжества Литовского. По условиям унии, католики получили определенные привилегии при доступе к «урядам»? государственным должностям. Польская знать браталась с литовской, передавая ей свои гербы, начинала формироваться чуждая народным массам по своей вере и даже этнической принадлежности элита. Другими словами, именно Городельская уния создала предпосылки для наступления Польши на русские земли Великого княжества Литовского.

В условиях начавшейся полонизации, ухудшения положения русских, в Великом княжестве Литовском вспыхнула война, которая в литературе получила название «восстание Свидригайло». В ходе движения, возглавленного князем Свидригайло Одьгердовичем, возникла ситуация, когда Великое княжество Литовское распалось на две части: Литва посадила на великое княжение Сигизмунда Кейстутьевича, русские земли держались стороны Свидригайло и именно его посадили на «великое княжение Русское». В политическом развитии Великого княжества Литовского период этот был переломным. Пока Сигизмунд подтверждал унию с Польшей, русские земли жили своей жизнью, пытались построить отдельное политическое здание. Однако «восстание Свидригайло» потерпело поражение, а после гибели князя Сигизмунда на престоле в Вильно утверждается Казимир Ягеллончик, правление которого знаменовало новую эпоху и которое по значению можно сравнить с правлением Ивана III в Великом княжестве Московском. Казимир восстанавливает пошатнувшиеся уже было основы униатской политики, в своем лице династически вновь объединяет два государства. Впрочем, основы политики унии остаются достаточно неустойчивыми и во второй половине ХV? начале ХVI в. Униатский процесс продолжился и при приемниках Казимира? великих князьях Александре и Сигизмунде, но завершился лишь в правление Сигизмунда-Августа, когда в 1569 г., в условиях постоянной борьбы Великого княжества Литовского с Российским государством, была заключена Люблинская уния (в городе Люблине в Польше), имевшая важнейшее значение в истории Восточной и Центральной Европы. На европейских картах появилось новое государство — Речь Посполита. Правда, Великое княжество и в составе Речи Посполитой сохраняло определенную самостоятельность, но территория ее теперь ограничивалась собственно Литвой и землями Белоруссии, а все южные земли (Украина) отошли непосредственно в состав Короны, т. е. Польши.

От общины к крупному землевладению: социальная история русских земель в составе Великого княжества Литовского. Такова внешняя канва событий. Но как развивалась «внутренняя» история этого огромного региона Восточной Европы? В состав Великого княжества Литовского вошли древнерусские города-государства, которые в ряде районов еще долгое время сохраняли свою социально-политическую структуру и экономическую основу землевладения общин. Со временем усиление княжеской власти привело к росту так называемой служебной системы? организации, имевшей место и у других народов Центральной и Восточной Европы. Все бóльшая часть населения начинает нести «службу» в пользу княжеской власти, города-государства сменились «княжествами»? своеобразными военно-служилыми государствами, в которых большинство населения было связано служебными отношениями с князем, но было свободным и не находилось в той или иной зависимости. По типу такого рода государства строится и само Великое княжество Литовское в целом. В этом государстве ХIV? первой половины ХV в. еще очень сильна была община, литовско-русское право основывалось на Русской Правде. Лишь постепенно начинают зарождаться сословия, процесс формирования которых занимает ХV? первую половину ХVI в. Этот процесс был ускорен появлением крупного иммунизированного землевладения, получившего развитие во второй половине ХV столетия. Крупное землевладение привело к тому, что высшее сословие в государстве составили землевладельцы? бояре, которые на польский манер получили название «панов», «шляхты». К ним со временем присоединились и княжеские роды уцелевших в борьбе с великокняжеской властью остатков Рюриковичей и Гедиминовичей. Название «бояре» со временем перешло на верхушку крестьянства? довольно многочисленную категорию, несшую военную службу. Военную службу несло и «тяглое», и «данное» крестьянство, но основу их служебных отношений составляла дань и выполнение всякого рода работ. По мере развития иммунизированного землевладения именно эти отряды крестьян в наибольшей степени пополнили отряд «непохожего» крестьянства? первый симптом крепостнических отношений.

Особое сословие со временем сложилось в городах? мещане, которые несли в государстве ряд повинностей. Консолидации этого сословия весьма содействовало распространение такой разновидности иммунитета, как магдебургское право, которое постепенно и весьма болезненно прививалось в русских землях.

Иммунизированное землевладение в конечном итоге привело и к изменению государственного строя Великого княжества Литовского. Уходили в прошлое вечевые собрания, и прежняя княжеская власть утрачивала свои функции, а все большую роль в политической жизни земель начинали играть бояре? шляхта. Рада? совет вокруг великого князя литовского (почти полный аналог древнерусской думы)? начинает разрастаться и превращается в «великий вальный сойм»? подобие польских шляхетских сеймов. Формирование этого государственного учреждения относится к концу ХV? первой половине XVI столетия. Землевладельцы с мест отправлялись в центр, где на собраниях шляхты и решали основные проблемы политической жизни государства. Появление «великого вального сойма» знаменовало формирование новой государственности? сословно-аристократической. Так шло развитие государственности западнорусских земель: от древнерусских городов-государств к княжествам (военно-служилой государственности) и затем к сословно-аристократическому государству.

Процесс эволюции государственного организма сопровождался и изменениями налоговой системы Великого княжества Литовского. На протяжении ХIV-ХV вв. здесь существовали архаические древнерусские налоги и повинности (полюдье, дары и т. д. ), которые лишь постепенно меняли свой облик. Существенные изменения в налоги и повинности вносило иммунизированное землевладение, так как в передаче землевладельцу прежних повинностей многие из них просто исчезли.

В русских землях Великого княжества Литовского лишь постепенно изменялся и характер социальной борьбы. Борьба, характерная для древнерусского периода,? борьба между свободными общинниками, которые в ходе нее распадались на партии, возглавляемые боярскими группировками. Эти архаические формы социального противостояния сменялись противоборством между различными сословиям, формировавшимися в государстве, а также борьбой общин с государственным аппаратом. Все эти тенденции социально-экономической и политической жизни получили дальнейшее развитие во второй половине ХVI? первой половине ХVII в.

Формирование украинской и белорусской народностей. Как мы видели, юго-западные древнерусские земли оказались оторванными от Северо-Восточной Руси и история их теперь шла в рамках различных государственных образований (Великое княжество Литовское и Польша). Это способствовало росту различий в языке, материальной культуре, которые появляются еще в период расселения восточных славян по Русской равнине. Хотя в ХI-ХII вв. сохранялась идея восточнославянского единства, разобщенность политической жизни в рамках городов-государств также способствовала накоплению различий между восточнославянскими общностями.

В юго-западных землях возникают определенные языковые особенности, такие как произношение «i» вместо старых «о» и «е» в закрытых слогах и ряд других. Появились новые общие черты материальной и духовной культуры, хозяйственной жизни. Начали складываться и развиваться общие особенности (национальные черты) в области искусства, живописи, архитектуры. Причем большое влияние оказывает своеобразная казацкая субкультура, которая, в свою очередь, впитала в себя массу черт, обычаев и нравов кочевых народов.

Так складывается украинская народность. Название «Украина» появляется уже в конце ХII в. для обозначения древнерусских земель, непосредственно граничивших со степью. Термин употреблялся в значении край, «краина», окраина, земля. В значении «земля», «страна», Украина, Вкраина употребляются в устном народном творчестве, в думах и песнях, относящихся к ХVI-ХVII вв. Одновременно в официальных документах и в литературных произведениях употреблялось название Малая Русь. В народных массах это название не привилось. Те же процессы, только медленнее, проходили и в западнорусских землях. С ХУ в. у населения этого края появляются такие характерные особенности языка, как дзеканье, цеканье, твердое «р», аканье и т. д. При сохранении общей древнерусской основы у населения, жившего по берегам рек Западная Двина, Западный Буг, Сож и Припять, стали развиваться особенности в обычаях, быту, материальной и духовной культуре, что было свидетельством формирования еще одной народности? белорусской. В ХIУ в. появилось и новое название «Белая Русь».

Из статьи А.Дворниченко «История Великого княжества Литовского в отечественной историографии».

До 1917 г. выходит ряд первых работ В. И. Пичеты. Основной работой была известная «Аграрная реформа Сигизмунда-Августа в Литовско-Русском государстве». В ней проанализированы процессы, которые выходят за хронологические рамки нашего исследования, но в первой части своей работы изучая Литовско-Русское государство накануне реформы, он дает сжатую, но весьма насыщенную характеристику социальной структуры Литовско-Русского государства. Взяв за основу проблему связи населения с господарскими дворами, В. И. Пичета высказывает свое мнение зачастую более убедительно, чем его предшественники, по всем категориям сельского люда, земель Великого княжества Литовского, исследует эволюцию повинностей крестьян.

20-е годы? весьма непростой период в развитии отечественной историографии. Прежние мысли, идеи, находки историков, сделанные до 1917 г., продолжали жить и даже развиваться. Но внешние обстоятельства для работы историков и изменились не в лучшую сторону. Последние страницы исторических сочинений, выполненных в традициях дореволюционной исторической науки, зачастую дописывались далеко от Родины, в эмиграции, на базе научных центров Праги и Варшавы, Белграда и Берлина.

В нашей стране историки все больше отходили от изучения интересующей нас тематики. Переломными стали З0?40-е годы. Занимаясь еще какое-то время некоторыми частными вопросами, исследователи перестали стремиться к обобщениям. В 1940 г. сложившуюся ситуацию хорошо передал В. И. Пичета в рецензии на недавно вышедшую работу А. Е. Преснякова: «Остается пожелать, чтобы скорее была написана марксистская история Великого княжества Литовского, необходимость в которой давно ощущается».

В конце 50-х годов была предпринята попытка создать подобного рода сочинение. Это книга В. Т. Пашуто об образовании Литовского государства. Внимание историка сосредоточено на собственно литовских землях, однако в ряде важных и существенных вопросов он обращается и к характеристике русских земель. Работа содержит источниковедческий и историографический разделы. Автор гиперкритически оценивает дореволюционную русскую и довоенную польскую и литовскую историографию. Конкретно-исторические его наблюдения сосредоточены в основном в третьем разделе монографии. Исследование выполнено по «классически» марксистской схеме сначала экономические отношения, потом политические. Уже при изучении экономических отношений В. Т. Пашуто пишет о «крепнущем трудовом общении литовцев и славяно-русов» и видит в этом общении основу «синтеза» производительных сил. Останавливаясь на значении для литовской экономики тех русских городов, которые до 40-х годов ХIV в. попали под власть Литвы, он отмечает, что «старая историография запутала этот вопрос потому, что была связана предвзятым мнением о бессловности русских городов». Между тем старина этих городов предшествующего киевского периода может вполне изучаться на материалах истории этих городов, но «в этой старине ясно видна известная по источникам ХI-ХIII вв. феодальная боярско-вечевая структура власти, окрепшая под эгидой Литвы».

Изучая процесс «становления феодальных отношений» В. Т. Пашуто полемизирует с В. Б. Антоновичем по поводу борьбы русского общинного порядка с военно-феодальным строем литовского государства. «В свое время общинный строй был и там и здесь»,? пишет исследователь. Соглашаясь полностью с этим положением, мы все же непременно заинтересовались бы вопросом о степени развития общинного строя в Литве и на Руси. Впрочем, В. Т. Пашуто решал этот вопрос однозначно. К моменту включения русских земель в состав Литвы в них господствовал феодализм, что сочеталось с использованием общинных институтов. Русскую общину того времени В. Т. Пашуто не изучает, ограничившись ссылками на работу А. Я. Ефименко. Вообще, упор делается на развитие «феодализма». В. Т. Пашуто отмечает следующие особенности литовского феодализма: Литовское государство было на том этапе, когда уже существовал развитый аллод, и потому не было узурпации власти общинной знатью. Ввиду этого в Литве длительное Время существовала категория лично свободного крестьянства, подчиненного великому князю. Отсюда и сильная великокняжеская власть, что якобы признается всеми историками. Длительное существование аллода в представлении В. Т. Пашуто причудливо уживалось с верховной собственностью на землю Великого князя.

Другой особенностью феодализма в этих землях, по мнению В. Т. Пашуто, был «синтез литовских и белорусских общественных отношений». Захват русских земель позволял литовским князьям сохранять земельный фонд в собственно литовских землях, а русские земли раздавались в держание. Так на смену аллоду приходила более зрелая форма феодализма пожизненный бенефиций.

Что касается политического строя, то его развитие представлялось В. Т. Пашуто в следующем виде. С конца ХII до начала ХIV столетия в литовских землях проходил обще венный переворот, который был облечен в форму политической борьбы за утверждение литовской монархии. Этот переворот происходил в условиях развития аллода, а потому полное возобладание сеньерии, с присущим ей иммунитетом, растянулось на ряд столетий. Незавершенность аграрных преобразований? характерная черта литовского общества. Для становления ранней истории литовцев В. Т. Пашуто использовал историю пруссов, у которых существовала конфедерация земель. Такой союз был и у литовцев, что было равнозначно государству. «Развитие государства продолжалось в направлении укрепления великокняжеской власти». Смена, зачастую насильственная, по мнению В. Т. Пашуто, князей не может свидетельствовать о нестабильности княжеской власти, так как за князьями стояли «общественные силы» в лице нобилитета, в угоду которому князья осуществляли свою политику. Политическую структуру Литовского княжества с присоединенными русскими землями он, вслед за М. В. Довнар-Запольским, характеризует как федеративную.

Мы довольно подробно остановились на работе, которая и хронологически и территориально захватывает нашу тематику лишь частично, так как ее значение очень велико, поскольку она носит характер «государственного заказа», претендует на то, чтобы «подвести итог» и дать незыблемые решения тех или иных проблем. Работа полезна значительным материалом источников и историографии, но, содержа заранее заданную схему, она устарела во многом больше, чем исторические труды второй половины прошлого века.

Тем не менее в области изучения литовско-русской истории тема была на долгое время «закрыта». Выводы В. Т. Пашуто уточнялись и развивались. Историки занимались более поздним периодом, делая лишь некоторые экскурсы в ХIV-ХV вв. Данная тематика была отдана на откуп «общим» изданиям, но слишком общим, чтобы внести что-либо новое в изучение темы. Это нашло отражение и в общественном сознании. В отличие от дореволюционного периода читающая публика ныне имеет весьма смутное представление о том, что такое Великое княжество Литовское и какую роль в нем играли древнерусские земли.

В 1987 г. увидела свет книга Ф. М. Шабульдо. Автор поставил перед собой задачу исследовать древнейшую Киевскую и Волынскую земли, а также формировавшиеся в рассматриваемое время Подольскую и Черниговскую. Представляет определенный интерес первая глава исследования, в которой изучается присоединение юго-западных земель к Великому княжеству Литовскому. Что же касается «основных черт общественно-политического устройства земель», то эта глава вносит мало нового в изучение темы. Причина не только в приверженности автора к отжившим уже стереотипам, но и в том, что он ограничил себя очень узкими хронологическими и территориальными рамками, что не позволило заметить эволюцию социально-политического устройства русских земель Великого княжества.

В общем, в 1982 г. А. Л. Хорошкевич имела все основания сказать, что в сферу монографического исследования до сих пор не попала история западных и юго-западных земель Древнерусского государства на протяжении ХIV? начала ХVI в. Сама же А. Л. Хорошкевич больше всех сделала для изучения этой темы. По разным изданиям и архивам она выявила и опубликовала материал по истории Полоцкой земли, составивший несколько выпусков «Полоцких грамот»,? весьма интересного и полезного источника для изучения земель Великого княжества Литовского. На основе этого материала еще в 1974 г. она защитила докторскую диссертацию о социально-экономической истории Северной Белоруссии в ХV в. , где, помимо изучения экономического развития Полоцкой земли, большое внимание уделялось и сословной структуре этой одной из крупнейших земель в составе Великого княжества Литовского. Она же написала раздел в монографии об исторических судьбах русских земель после татаро-монгольского нашествия. В этом разделе специальная глава посвящена сословиям и повинностям. А. Л. Хорошкевич предприняла попытку реконструкции сословного строя русских земель, изучила основные повинности их жителей. Наблюдения А. Л. Хорошкевич привлекают внимание постоянными обращениями к Московской Руси. Однако в меньшей степени это относится к установлению связи с предшествующим периодом. Так, в это же главе имеется высказывание об общине: «долго сохранялся общественный институт, сложившийся несколькими векам раньше? община», но с какими общинными формами древнерусского периода связана западнорусская община, исследовательница не уточняет.

А. Л. Хорошкевич отмечает, что в изучаемое время «формы классовой борьбы сельского населения были очень близки различных древнерусских землях», однако саму эволюцию форм социальной борьбы не прослеживает. Вполне справедливой представляется мысль о том, что на территории Украины и Белоруссии действующим оставалось право древнерусского времени. Однако развитие хотя бы основных моментов права осталось за рамками работы.

В разделе, посвященном политическому строю, содержится много интересных и верных, с нашей точки зрения, мыслей. В целом же, отмечая несомненные достоинства работы А. Л. Хорошкевич, нельзя не обратить внимание и на отсутствие динамики в изображении социальных процессов.

Постепенно развиваясь, отечественная историография литовско-русской старины достигла своего апогея в первые десятилетия ХХ в. Ученые разрабатывали самые разные вопросы, появлялись различные концепции, возникали дискуссии, порой весьма острые. Другими словами, шло нормальное, естественное развитие исторической науки. Кто-то из дореволюционных исследователей так образно определил сложившуюся ситуацию: рядом с мощным историографическим древом изучению Северо-Восточной Руси выросло живое, с ветвистой кроной древо изучения Западной Руси. В 30–70-х годах нашего столетия это древо засохло или, во всяком случае, достигло близкого к тому состояния. Изучались лишь отдельные проблемы, а те достижения, которые мы можем отметить, связаны с изучением материальной культуры. Проблемы истории общины, сословий, государственности стали фактически «белым пятном».

Мы хотели бы лишь оживить то древо, о котором шла речь. В науке совершенно необходимы споры, дискуссии, диаметрально противоположные точки зрения, но страшная для науки формула умолчания должна быть разрушена.

Библиография

Беляева С. А. Южнорусские земли во второй половине XIII-XIV вв. Киев, 1982.

Вернадский Г. В. Россия в средние века. VI. Западная Русь в XVI веке.

Дашкевич Н. П. Заметки по истории Литовско-Русского государства. Киев, 1885.

Довнар-Запольский М. В. Государственное хозяйство Великого княжества Литовского при Ягеллонах. Киев, 1901.

Коялович М. О. Лекции по истории Западной России. СПб., 1884.

Леонтович Ф. И. Очерки истории Литовско-Русского права: Образование территории Литовского государства. СПб., 1894.

Любавский М. К. Очерки истории Литовско-Русского государства до Люблинской унии включительно. М., 1910.

Пашуто В. Т. Образование Литовского государства. М., 1959.

Пичета В. И. Аграрная реформа Сигизмунда-Августа в Литовско-Русском государстве. М., 1958.

Пресняков А. Е. лекции по русской истории. Т. II. Западная Русь и Литовско-Русское государство. М., 1939.

Устрялов Н. Г. Исследование вопроса, какое место в русской истории должно занимать Великое княжество Литовское. СПб., 1839.

Шабульдо Ф. М. Земли Юго-Западной Руси в составе Великого княжества Литовского Киев, 1987.

Комментарии: 0