Scisne?

Американская помощь голодающим на Южном Урале в 1921–1923 гг.

Комментарии: 1

Во время неурожая 1921-23 годов советское правительство не справлялось с голодом и вынуждено было просить поддержки у международных организаций. Так, Американская администрация помощи за два года израсходовала около 78 миллионов долларов на оказание помощи России, обеспечив голодающих продовольствием и медикаментами. Однако деятельность ее по-прежнему остается малоизученной. Публикуем не издававшиеся ранее документы из южноуральских архивов о сотрудничестве российской и американской сторон во время голода 1920-х годов и деятельности Американской администрации помощи на территории Южного Урала. Статья опубликована в новом номере журнала «Отечественные архивы» (2009. № 1).

Голод начала 1920-х гг. охватил около 40 губерний Советской России. Летом 1921 г. АРА (American Relief Administration) и другие международные общественные организации отозвались на обращение Правительства РСФСР об оказании помощи. Персонал АРА (300 приехавших из Америки сотрудников и около 10 тыс. из местного населения) работал с 28 сентября 1921 г. по 21 июня 1923 г. в 37 губерниях, пострадавших от неурожая и голода, хотя первое судно с продовольствием прибыло в Петроград уже 1 сентября, и в первые недели месяца здесь было организовано 120 кухонь для 42 тыс. детей. К концу 1921 г. 2997 питательных пунктов в 191 городе и деревнях от Питера до Астрахани ежедневно обслуживали 568 020 детей. В мае 1922 г. АРА кормила свыше 6 млн человек. В том же году Россия получила от всех международных организаций, участвовавших в оказании помощи голодающему населению, 568 тыс. т продовольствия.

АРА вела доставку продуктовых посылок, каждая из которых включала 49 фунтов муки, 25 – риса, 3 – чая, по 10 фунтов – жира и сахара, 20 банок сгущенного молока. Один такой набор обеспечивал семью из пяти человек питанием на неделю. Было закуплено и доставлено в Россию свыше 700 тыс. продовольственных посылок на сумму 7 млн долларов.

Финансировалось строительство дорог, мостов, заводов, школ, больниц. Медицинское подразделение АРА распределило медикаментов, препаратов и оборудования 16 тыс. 419 учреждениям, почти 10 млн россиян были сделаны прививки, медицинскую помощь получили около 20 млн человек. Всего за два года АРА израсходовала около 78 млн долларов на оказание помощи России. (Подробнее см.: Макаров В.Т., Христофоров В.С. Новые данные о деятельности Американской администрации помощи (АРА) в России // Новая и новейшая история. 2006. № 5; Латыпов Р.А. Помощь АРА советской России в период «великого голода» 1921–1923 гг. // Relga: Интернет-издание. № 16 (179). 25.11.2008.)

Н.В. Усманов

Неурожай 1921 г., вызвавший небывалый голод в Советской России, заставил правительство обратиться за помощью к международной общественности. Среди откликнувшихся на призыв зарубежных благотворительных организаций наиболее крупной была Американская администрация помощи (АРА), возглавляемая Гербертом Гувером. Она осуществляла широкомасштабную работу во всех пострадавших регионах РСФСР, а также на Украине и в Белоруссии. Для более эффективной деятельности АРА разделила территорию, нуждавшуюся в продовольственной поддержке, на двенадцать округов и создала окружные конторы в губернских центрах. На Южном Урале, пострадавшем от природной стихии и Гражданской войны не меньше, чем Поволжье, помощь голодающим оказывалась под руководством двух окружных контор – в Уфе и Оренбурге.

Деятельность АРА на Южном Урале (как, впрочем, и в России в целом) пока не получила всестороннего изучения. Первой вышла статья челябинского историка М.Д. Машина, который, используя некоторые документы архивов Челябинска и Златоуста, взялся продемонстрировать, как через АРА «американские империалисты пытались проникнуть в экономическую и политическую жизнь страны, собрать и объединить вокруг себя контрреволюционеров всех мастей и, опираясь на них, свергнуть Советскую власть»[1]. В последнее время появились публикации об АРА другого исследователя из Челябинска – Ю.Ю. Хмелевской. В ее работах, в отличие от крайне тенденциозной статьи предыдущего автора, деятельность американской организации в целом показана объективно, однако использованы документы исключительно самой АРА, хранящиеся в Гуверовском архиве при Стэнфордском университете в США[2]. Местные источники о деятельности АРА на Южном Урале были частично обнародованы в археографических сборниках, напечатанных в основном в Башкирии[3].

Уфимская контора АРА осуществляла свою продовольственную программу с ноября 1921 г. по июнь 1923 г. Первоначально она занималась организацией поставок продовольствия на территории Уфимской губернии и Башкирской Республики, позднее в сферу ее деятельности вошли Челябинская губерния и некоторые уезды Екатеринбургской, Пермской и Кустанайской губерний. До весны 1922 г. помощь оказывалась преимущественно детям, затем распространилась и на взрослых.

Работа Уфимской окружной конторы АРА достаточно полно отражена в документах Центрального государственного исторического архива Республики Башкортостан (ЦГИА РБ): в фондах уполномоченного полномочного представителя правительства РСФСР при всех заграничных организациях помощи голодающим по Уралу и Башкирии (Ф. Р-100) и Уфимской губернской комиссии по оказанию помощи голодающим (Ф. Р-101), а также Центрального государственного архива общественных объединений Республики Башкортостан (ЦГАОО РБ): в фондах Уфимского губернского и Башкирского областного комитетов РКП(б) (соответственно Ф. П-1 и П-22). В основном это различные статистические данные о продовольственной и иной помощи голодающим. Кроме того, здесь можно обнаружить переписку руководителей американской миссии в Уфе с различными местными государственными и общественными организациями, а также переписку советских учреждений, связанную с деятельностью АРА. Именно эти документы рассматриваются в данной статье. Письма, исходящие от АРА, составлены на двух языках, напечатаны на пишущей машинке с указанием реквизитов организации. Уфимская контора имела также угловой штамп с обозначением английского и русского наименований организации и ее адреса. На некоторых документах стоит печать с надписями по окружности «AMERICAN RELIEF ADMINISTRATION» и в центре «OFFICIAL RUSSIAN UNIT [.] UFA». Значительная часть писем составлена руководителем Уфимской конторы АРА полковником Уолтером Беллом и его заместителем Питом Хофстрой, которые прибыли в Уфу в начале ноября 1921 г., а также назначенным Уфимским губернским исполкомом уполномоченным при местной миссии АРА Я.Р. Савельевым. Бывший командир Красной армии, глава Уфимской губернской комиссии по оказанию помощи голодающим был призван содействовать работе американской организации в губернии и получил весьма широкие полномочия. Позднее Савельев представлял в АРА интересы Башкирской Республики и ряда близлежащих губерний.

Сохранились первые письма П.Хофстры Я.Р. Савельеву. Одно из них, от 9 ноября, обозначено как «местное письмо № 2». В нем заместитель руководителя Уфимской конторы (полковник Белл в это время выехал в Стерлитамак для организации снабжения американским продовольствием Башкирской Республики) ставил вопрос о передаче городской столовой № 10 в распоряжение миссии АРА. Американцы согласились кормить там детей (около 1500 человек), прежде получавших пищу через местный комитет помощи голодающим. П.Хофстра просил Савельева сделать в столовой ремонт и выражал желание обсудить это в помещении самой столовой[4]. Из второго письма, датированного тем же числом, видно, что днем ранее американцам для их конторы было обещано помещение по адресу: Центральная улица, дом № 32. Заместитель Белла просил также соорудить гараж для двух автомобилей, прибытия которых ожидали в Уфе[5].

Шестого декабря того же года Белл писал Савельеву: «Спешу сообщить Вам радостную новость, переданную мне из Москвы по телеграфу, о том, что число ежедневных порций разрешено нам увеличить за декабрь с 50 000 до 75 000 порций». Далее он приводил схему распределения дополнительных порций в Уфимской губернии и Башкирской Республике[6]. Остальная переписка между сотрудниками АРА и полномочным представителем Уфимского губисполкома содержит подробные статистические данные о расширяющейся поддержке голодающим Южного Урала. Максимального размера она достигла к лету 1922 г. В июле в Уфимском округе в столовых АРА горячая пища ежедневно выдавалась более чем 500 тыс. детей, а 1,02 млн взрослых получали пайки зерна кукурузы[7]. После сбора в целом удовлетворительного урожая 1922 г. американцы заметно снизили поставки продовольствия в города и села. Однако значительная часть населения продолжала страдать от недоедания, и поэтому деятельность благотворительной организации продолжалась.

В госархивах республики довольно много источников, показывающих, как складывались отношения американских филантропов с властями различного уровня на территории Южного Урала. Из переписки с местным руководством видно, что американцам в их благотворительной работе достаточно оперативно оказывалась необходимая помощь. При тех или иных затруднениях руководители Уфимской конторы АРА апеллировали к разным компетентным органам, включая местное отделение ВЧК. Так, например, У.Белл «ввиду чудовищности и серьезности» деяния одного из местных работников столовой АРА (воровал муку и подмешивал в пищу суррогаты) напрямую обратился в губернскую ЧК. Полковник просил в случае подтверждения виновности работника столовой вынести ему «серьезный приговор тюремного заключения и чтобы не было допущено возможности заменить заслуженное наказание простым денежным штрафом»[8]. 21 марта 1922 г. У.Белл написал письмо в упраздненную к тому времени ЧК Уфимской губернии с просьбой установить постоянный надзор за торговлей на рынках и в лавках продуктами, выдаваемыми АРА голодающим бесплатно. Он обращал внимание чекистов на то, что кукуруза, раздаваемая взрослому населению, не выращивалась в данной местности и, следовательно, торговля ею незаконна и должна быть наказуема. Далее полковник приносил благодарность за «помощь в прошлом» и заверял в желании дальнейшего сотрудничества[9]. Ответственному советскому работнику, до которого дошло это послание, пришлось информировать Белла о том, что «чрезвычайные комиссии с присвоенными им ранее функциями в период обострения Гражданской войны ныне упразднены по всей Республике», а «вся уголовно-розыскная часть в настоящее время передана в ведение Уголовного розыска», куда и рекомендовал обратиться, добавив, что лучше это делать через представителя РСФСР. Одновременно «ответработник» заверил руководство Уфимского округа о принятии «решительных мер к прекращению торговли продуктами АРА и преследованию расхитителей и скупщиков»[10]. Названные документы убеждают в том, что отношения американской организации с органами ВЧК не всегда были конфронтационными.

Однако трудностей, недоразумений и конфликтов в ходе совместной работы по организации продовольственной и иной поддержки населению возникало немало. Американцы, в частности, строго требовали соблюдения санитарных норм и иных правил при открытии своих столовых, что вызывало непонимание местных властей. Так, например, руководители Уфимской конторы АРА в ответ на один из запросов о снабжении продовольствием двух детдомов согласились помогать только одному из них, отказав содержавшемуся «слишком грязно»[11]. В ответном письме Беллу полномочный представитель правительства РСФСР при его организации писал: «Заключение подписанного Вами письма, что этому дому будет оказана помощь лишь после того, как он будет вычищен, по меньшей мере, меня смутило, и я глубоко уверен, что это выражение является извращением Вашей мысли при переводе на русский язык». Далее он сообщал: «Считаю своим долгом поставить Вас в известность, что названный детский дом в течение голодного года и до настоящего времени содержится на отчисления от скудного заработка рабочих Рупвода, что от обессиленных вследствие пережитого голода большего героизма требовать нельзя, и я думаю, что мы с взаимными усилиями поможем детям этого дома»[12].

Инициаторами вполне понятных претензий к американцам выступали не только советские чиновники. Рядовых граждан возмущал излишне строгий порядок работы учреждений АРА, затруднявший реальную помощь детям. Из столовых не выдавали продукты на дом, в то время как многие из голодавших детей в холодное время года не имели возможности посещать пункты питания из-за отсутствия обуви и одежды. Зачастую больные дети, стоя в очередях, заражали других. Был случай, когда один врач, приехав к больному тифом ребенку, узнал, что последний отведен в очередь за получением обеда в столовой АРА[13]. По свидетельству исполняющего должность врача одного из медицинских участков г. Уфы Н.Эльмана, рапортовавшего в Уфимский губздрав о порядках в столовой АРА № 7, «дети должны были доставляться родителями в зимние морозные дни за 3–4 версты полураздетые, голодные, боясь потерять паек за неявку». «Появилось, – утверждал он, – никогда еще небывалое, насколько я наблюдаю, живя в Уфе 28 лет: процентное отношение обморожения II степени среди детей достигло 25 процентов»[14]. Справедливости ради надо отметить, что американцы все же учли замечания по организации детского питания в столовых АРА и согласились в отдельных случаях выдавать пищу для больных детей на дом. Кроме того, через местные отделения АРА было роздано много обуви и одежды, что позволило посещать пункты питания тем, кто раньше не мог это делать.

Работа американской благотворительной организации была бы невозможна без участия местного персонала. Принято считать, что в основном это представители бывших имущих классов, враждебно относившихся к новой власти в России[15]. Однако архивные документы свидетельствуют иное. Например, в начале 1923 г. в Уфимском округе АРА насчитывалось 262 местных сотрудника, причем из них всего 22 выходца из дворян, 70 – из крестьян, к средним слоям горожан («мещанам») принадлежало 95 человек, к другим сословиям – 75 сотрудников[16]. Как видно из приведенных данных, дворяне составляли чуть более 8 % местных работников АРА. То есть доля дворян и городской интеллигенции здесь превышала их обычную норму в составе населения, но это было характерно и для советских учреждений того времени.

В ЦГИА РБ имеется 66 анкет местных служащих одного из территориальных подразделений Уфимского округа АРА. В них членами партии большевиков назвали себя восемь человек. Еще один в графе «партийность» написал: «РКСМ». На вопрос анкеты «Если беспартийный, какой политической партии сочувствуете?» четырнадцать человек ответили: «РКП(б)» или «коммунистической», еще пять – «советской», «советской власти», «идее коммунизма», «господствующей партии», «анархистам». Десять человек игнорировали этот пункт анкеты (не заполнили соответствующую графу или поставили прочерк). Остальные дали такие ответы: «политикой не занимаюсь», «вне политики», «без политических убеждений» и т.п.[17] По всей видимости, не все приведенные в анкетах ответы были искренними, тем не менее они дают некоторое представление о составе и политических настроениях российских служащих АРА. Учитывая довольно высокую прослойку среди них коммунистов и сочувствующих РКП(б), трудно предположить, что американцы могли вести в этой среде широкую антисоветскую пропаганду или вербовать шпионов, как это утверждалось в некоторых публикациях советских историков[18].

В то же время, надо признать, многие сотрудники АРА, набранные американцами из местного населения, не пользовались доверием у советских и партийных работников. На одном заседании президиума Уфимского губернского комитета партии в мае 1922 г., проведенном совместно с членами губисполкома, было, например, заявлено, что «АРА, несомненно, является тем местом, где белогвардейцы нашли свое место, умело ведут линию дискредитации власти, и вообще АРА может быть использована в контрреволюционных целях»[19]. Правда, документов, в той или иной степени подтверждающих этот вывод, нами обнаружено немного. Чаще всего в них описаны факты, негативно характеризующие моральные качества официальных сотрудников АРА. В частности, можно привести выписку из шифрованной сводки о политическом состоянии Белебеевского уезда Уфимской губернии за май 1922 г. В ней содержится следующая информация: «Работавший в Старо-Калмашевской волости инструктор АРА Епифанов был замечен во взяточничестве. Чекмагушевский райком и Старо-Калмашевский волисполком представили на него обвинительный материал… Епифанов, узнав об этом, собрал почти во всех селениях волости сходки, а в деревне Ихсаново собрал волостной съезд представителей селькомов помощи АРА, где вел агитацию, что коммунисты хотят загрязнить его совершенно безвинно и что, возможно, они добьются того, что его снимут с работы или переведут в другую волость, оставив Старые Калмаши без инструктора, тем самым коммунисты послужат тому, что ваша волость лишится помощи, по крайней мере, более не будут вам увеличивать пайков»[20]. Однако такое поведение своих сотрудников американцами не поощрялось. Белл заверял полномочного представителя правительства РСФСР при его организации, что «во всех случаях, где обнаружено злоупотребление… я не только окажу Вам возможное содействие в пресечении его, но и буду требовать наиболее серьезного наказания»[21].

Среди документов архивов определенный интерес представляют переводы на русский язык статей из американской прессы тех лет о деятельности АРА на Южном Урале. По-видимому, руководители Уфимской конторы АРА старались ознакомить своих местных сотрудников и курирующие их организации с тем, как оповещаются граждане США о работе их организации. В частности, в переводе статьи из нью-йоркской газеты «Ивнинг Mэйл» за 9 сентября 1922 г., направленной на адрес Я.Р. Савельева, дается весьма высокая оценка созданного по инициативе У.Белла и при содействии Уфимской конторы АРА комитета по улучшению состояния г. Златоуста. В публикации сообщалось, что комитет построил 270 дорожных мостов для облегчения распределения продовольствия и помощи в уборке хлеба, починил 160 старых мостов, устроил 94 питьевых колодца и восстановил полностью две большие школы. Особое место отводилось рассказу о постройке в Златоусте дренажного канала длиной примерно 900 м. Автор публикации отмечал, что «о постройке этого канала разговоры велись в течение семидесяти лет, но действительная проводка началась лишь после образования комитета»[22]. Данная информация почти дословно вошла в книгу официального историографа Американской администрации помощи Г.Фишера, написанную вскоре после окончания миссии АРА в России[23]. Сотрудники Уфимского представительства АРА посылали Я.Р. Савельеву и другие выписки из прессы США. В частности, из журнала АРА «Рашен Юнит Рекорд» была представлена информация о похоронах на родине, в США, погибшего в Уфе от тифа сотрудника АРА Гарольда Бленди. Американец проработал на Урале всего около четырех месяцев, но успел немало сделать для организации помощи голодающим[24]. В статье из «Нью-Йорк Геральд», также обнаруженной нами среди бумаг уфимского уполномоченного при загранпомголе, сообщалось о встрече руководителя миссии АРА в России У.Хаскелла с В.И. Лениным. В своем интервью Хаскелл высоко оценивал руководителя советского государства, называя его «выдающейся личностью»[25]. По всей видимости, такого рода публикации, передаваемые в курирующие АРА организации, должны были создавать о ней благоприятное представление.

Весьма любопытны документы заключительного периода деятельности Американской администрации помощи на Южном Урале. Исходя из указаний, посланных Москвой, Я.Р. Савельев предписывал своим сотрудникам «в ликвидационной работе строго придерживаться инструкций, не создавать мелочных, ненужных, осложняющих дело инцидентов и конфликтов». В то же время, накануне закрытия Уфимской конторы Американской администрации помощи, он требовал «всячески пресечь возможные попытки разбазаривания и нецелесообразного расходования АРА товаров»[26]. Последнее было связано с тем, что американцы накануне своего отъезда хотели самостоятельно распределить остававшиеся у них запасы продовольствия и иную собственность, чего власти никак допустить не могли. Ведь из американских запасов они предполагали создать особый продовольственный фонд.

За несколько дней до отъезда американцев из Уфы в адрес местных властей пришла телеграмма из Москвы следующего содержания: «При отъезде АРА приветствия, благодарность, проводы могут быть устроены, но должны носить абсолютно официальный характер от имени местных циков, снкомов, губисполкомов. Ни в коем случае не должно быть массовых, от имени населения благодарственных актов и выступлений»[27]. Таковы были, к сожалению, реалии того времени, не позволявшие открыто выразить народную признательность иностранной организации, спасшей от голодной смерти сотни тысяч россиян.

Архивы Южного Урала хранят достаточно богатый и разнообразный материал о пребывании и деятельности в регионе в 1921–1923 гг. Американской администрации помощи. Поиск и публикация таких документов, показывающих, как в период взаимного непризнания советская и американская стороны смогли найти общий язык и сотрудничали в деле спасения людей от гибели, несомненно, могут способствовать взаимопониманию и сближению народов России и США.


[1] Машин М.Д. К вопросу о деятельности АРА на Южном Урале в 1921– 1922 гг. // Некоторые вопросы всеобщей истории. Челябинск, 1968. Вып. 3. С. 51–66.

[2] См.: Хмелевская Ю.Ю. Роль американской миссии в борьбе с голодом на Урале (по материалам Уральско-Уфимского округа АРА, 1921–1923 гг.) // Южный Урал в судьбе России. Челябинск, 2003. С. 149–154; Она же. 1922 год на Южном Урале глазами американского очевидца: Уильям Джозеф Келли и его письма из Уфы // Археография Южного Урала. Уфа, 2004. С. 222–230.

[3] См.: Усманов Н.В. Новые источники об американской помощи голодающим Башкирии в 1921–1923 гг. // Археография Южного Урала. Уфа, 2001. С. 152–156; Он же. Отношение Американской администрации помощи с местными властями в Башкирии во время голода 1921–1923 гг. // Уникальные источники по истории Башкортостана. Уфа, 2001. Вып. II. С. 73–80; Он же. Документы начала 20-х гг. ХХ века об отношении населения Башкирии к Америке и американцам // Археография Южного Урала. Уфа, 2004. С. 204–208; и др.

[4] ЦГИА РБ. Ф. Р-101. Оп. 1. Д. 70. Л. 4.

[5] Там же. Л.7.

[6] Там же. Л. 29–30.

[7] Там же. Д. 176. Л. 293

[8] Там же. Ф. Р-100. Оп. 1. Д. 65. Л. 67.

[9] Там же. Ф. Р-101. Оп. 1. Д. 182. Л. 121.

[10] Там же. Л. 119.

[11] Там же. Ф. Р-100. Оп. 1. Д. 65. Л. 122.

[12] Там же. Л. 123–123 об. Рупвод – районное управление водного транспорта.

[13] ЦГАОО РБ. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 516. Л. 24 об.

[14] ЦГИА РБ Ф. Р-143. Оп. 1. Д. 376. Л. 13.

[15] В 1949 г. А.Н. Коган писал, что «авантюристы, контрреволюционеры находят у АРА покровительство и защиту». (См.: Коган А.Н. Антисоветские действия Американской администрации помощи (АРА) в Советской России в 1921–1922 гг. // Исторические записки. 1949. Т. 29. С. 5.) В БСЭ в статье «Американская администрация помощи» также отмечалось, что «правящие круги США постарались использовать ее для поддержки контрреволюционных элементов». (См.: БСЭ. 3-е изд. М., 1970. Т. 1. С. 516.)

[16] ЦГИА РБ. Ф. Р-100. Оп. 1. Д. 40. Л. 16.

[17] Там же. Д. 70, 79, 81, 125–130.

[18] Коган А.Н. Указ. соч.; Городничий Н.Ф. Малоизвестные страницы деятельности АРА в Советской России // Вопросы истории. 1968. № 12; Поляков А.А. Диверсия под видом помощи: повесть-хроника. М., 1985.

[19] ЦГАОО РБ. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 511. Л. 136.

[20] ЦГИА РБ. Ф. Р-100. Оп. 2. Д. 1. Л. 11.

[21] ЦГАОО РБ. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 511. Л. 41.

[22] ЦГИА РБ. Ф. Р-101. Оп. 1. Д. 197. Л. 119.

[23] Fisher H. The Famine in Soviet Russia. 1919–1923. The Operations of the American Relief Administration. N.-Y., 1927. P. 295.

[24] ЦГИА РБ. Ф. Р-100. Оп. 1. Д. 26. Л. 68.

[25] Там же. Д. 114. Л. 10–11.

[26] Там же. Ф. Р-1316. Оп. 1. Д. 32. Л. 258 об.

[27] Там же. Ф. Р-100. Оп. 2. Д. 1. Л.83.

Комментарии: 1