Scisne?

Поиск сообщений на форуме

Запрос:
Автор:
Номер темы:
Номер форума:
Сортировать:
Сообщения: 10
Фрейд все еще жив? Вообще говоря, нет Джон Ф. КилстромЛженаука, заблуждения, шарлатанство
18 Июн 2017 14:19:30
Александр1405

Фрейд все еще жив? Вообще говоря, нет Джон Ф. Килстром

Эта статья была подготовлена для Hilgard’s Introduction to Psychology, 13th Ed., by R. Atkinson, R.C. Atkinson, E.E. Smith, D.J. Bem, & S. Nolen-Hoeksema. New York: Harcourt Brace Jovanovich, 2000. Версия, представленная на сайте была обновлена с момента первоначальной публикации.

Если 20 век был «веком Америки», он также был веком Зигмунда Фрейда (Roth, 1998). Такими своими работами как «Толкование сновидений» (1900) , «Психопатология обыденной жизни» (1901) , «Введение в психоанализ. Лекции» (1915 – 1916)[6], книгами, которые достигли феноменального успеха, Фрейд изменил наши представления о себе. Подобно тому, как Коперник показал, что Земля не находится в центре Вселенной, как Дарвин показал, что люди произошли от «низших» животных, Фрейд продемонстрировал, что человеческий опыт, мысли и действия детерминируются не только нашим рациональным сознанием, но и иррациональными силами, лежащими вне нашего сознания и контроля – силами, которые могут быть поняты и взяты под контроль только в длительном терапевтическом процессе, который он назвал психоанализом.

Фрейд также изменил лексикон, с помощью которого мы понимаем себя и других. Прежде чем вы открыли данную книгу, вы уже знали что-то об ид (id) и суперэго (superego), зависти к пенису (penis envy) и фаллических символах (phallic symbols), страхе кастрации (castration anxiety) и эдиповом комплексе (Oedipus complex). В массовой культуре психотерапия фактически отождествляется с психоанализом. Теория Фрейда, сконцентрированная на толковании неоднозначных событий, лежит в основе «постмодернистских» подходов к научной критике, таких как вскрытие противоречий. Влияние Фрейда на современную культуру является более глубоким и продолжительным, чем влияние Эйнштейна или Уотсона и Крика, Гитлера или Ленина, Рузвельта или Кеннеди, влияние Пикассо, Элиотта или Стравински, больше чем влияние «Битлз» или Боба Дилана.

Культурное влияние Фрейда основывается — по крайне мере, имплицитно, — на допущении, что его теория научно обоснована. Однако с точки зрения науки, классический психоанализ Фрейда не пригоден ни как теория разума, ни как терапевтический подход (Crews, 1998; Macmillan, 1996). Не существует эмпирических свидетельств ни одного из положений психоаналитической теории, таких как идея, что развитие проходит через оральную, анальную, фаллическую и генитальную стадию, или что маленькие мальчики испытывают страсть к матери, ненавидят и боятся своих отцов. Нет эмпирических свидетельств того, что психоанализ более эффективен, чем другие формы психотерапии, такие как постепенная десенсибилизация или тренинги уверенности в себе. Нет эмпирических свидетельств того, что механизмы, которыми психоанализ достигает своих целей, — такие, как перенос и катарсис — действительно опираются на теорию.

Конечно, Фрейд жил в конкретный период времени, и можно утверждать, что его теория была верна, применительно к европейской культуре конца прошлого века, даже если она не подтверждается сегодня. Тем не менее, исторический анализ показывает, что представленный Фрейдом материал систематически искажался и основывался на его теории неосознаваемых конфликтов и детской сексуальности, что он неправильно понимал и искажал доступные ему научные данные. Теории Фрейда не были продуктом своего времени: они вводили в заблуждение и были ошибочны даже тогда, когда он их издавал.

Дрю Вестен (Drew Westen, 1988), психолог медицинской школы Гарварда согласен, что теории Фрейда архаичны и устарели, но доказывает, что наследство Фрейда живет во множестве теоретических предположений и широко принимается учеными: существование неосознаваемых психических процессов; важность конфликтов и амбивалентности в поведении; становление детей как взрослой личности; ментальные репрезентации как посредник социального поведения; стадии психического развития. Тем не менее, некоторые из этих положений спорны. Например, нет свидетельств, что методы воспитания детей оказывают прочное влияние на их личность. Более того, аргументы Вестена обходят вопрос о безошибочности воззрений Фрейда на эти вещи. Одно дело сказать, что неосознаваемые мотивы играют роль в поведении. И совсем другое дело сказать, что все наши мысли и действия направляются подавленными сексуальными и агрессивными побуждениями; что дети испытывают эротические чувства к родителю противоположного пола; и что маленькие мальчики враждебны по отношению к отцу, которого они считают соперником в борьбе за привязанность матери. Это то, во что верил Фрейд, и насколько мы можем судить, он был неправ по всем пунктам. Например, неосознаваемые воспоминания, обнаруженные в лабораторных исследованиях автоматизма и имплицитной памяти, совершенно не похожи на неосознаваемые воспоминания в психоаналитической теории (Kihlstrom, 1999).

Вестен также доказывает, что сама психоаналитическая теория эволюционировала со времен Фрейда и соответственно, несправедливо столь тесно связывать психоанализ с воззрениями Фрейда на подавленные, инфантильные, сексуальные и агрессивные импульсы. Но опять же данные понятия используются, независимо от того верны ли теории Фрейда. Более того, остается открытым вопрос, насколько верны эти «неофрейдистские» теории по сравнению с классическими воззрениями Фрейда. Например, не совсем ясно, насколько теория психического развития Эриксона вернее теории Фрейда.

В то время как влияние Фрейда на культуру ХХ века было огромным, его влияние на психологию является как бы «мертвым грузом». Обширные темы, о которых пишет Вестен, существовали в психологии и до Фрейда или возникли относительно недавно независимо от его влияния. В лучшем случае, Фрейд представляет интерес для психологов как историческая фигура. Его лучше изучать как писателя на филологическом факультете, чем как ученого на факультете психологии. Психологи вполне могут обойтись без него.

Ссылки


Crews, F.C. (Ed.). (1998). Unauthorized Freud: Doubters confront a legend. New York: Viking.

Kihlstrom, J.F. (1999). Conscious and unconscious cognition. In R.J. Sternberg (Ed.), The nature of cognition (pp. 173-203). Cambridge, Ma.: MIT Press.

Macmillan, M.B. (1996). Freud evaluated: The completed arc. Cambridge, Ma.: MIT Press.

Roth, M. (1998). Freud: Conflict and culture. New York: Knopf.

Westen, D. (1998). The scientific legacy of Sigmund Freud: Toward a psychodynamically informed psychological science. Psychological Bulletin, 124, 333-371
Шарлатан Зигмунд ФрейдЛженаука, заблуждения, шарлатанство
18 Июн 2017 14:02:34
Александр1405

Шарлатан Зигмунд Фрейд

Для апологетов психоанализа классическим, можно сказать - культовым, является т.н. "случай Анны О.", которую на самом деле звали Берта
Паппенхейм (она была известным в своё время общественным
деятелем).
Случай Анны О. послужил для Фрейда источником разработки его теории истерии, а впоследствии и психоанализа.
Однако выясняется, что Фрейд вместе со своим соратником Йозефом Брейером нагло врал.
Для начала - отрывок из издания: Руткевич А. М. Психоанализ. Истоки и первые этапы развития: Курс лекций. М.: Издательская группа ИНФРА-М — ФОРУМ, 1997. — 352 с. ISBN 5-86225-655-5.
Алексей Михайлович Руткевич— российский философ, переводчик научной классики, доктор философских наук.
Глава «Открытие». С. 156—161.
Историки психоанализа обычно ссылаются либо на строго установленные Фрейдом во время лечения пациентов «факты», либо на его «самоанализ», как на основной источник его открытия. И то, и другое верно лишь отчасти.

Возьмем в качестве примера знаменитый случай «Анны О.», который приводится чуть ли не в любой книге по психоанализу. Он выглядит как образцовый случай «катарсического лечения», которое предваряло психоанализ и дало Фрейду главное направление поиска. Фрейд ссылался на этот случай и в своих лекциях 1909 года, которые он читал в США, и в «Очерке истории психоанализа», и в лекциях 1915/16 годов. «Смысл невротических симптомов, — писал Фрейд, — был открыт сначала И. Брейером благодаря изучению и успешному излечению одного случая истерии, ставшего с тех пор знаменитым».1 Фрейд З. Введение в психоанализ. Лекции. — М., «Наука», 1988, С. 163. Я не стану пересказывать то, что было изложено сначала Брейером, а затем Фрейдом и множеством его комментаторов — не только потому, что он столь часто описывался2 См., например, упоминавшиеся выше работы А. Лоренцера, Л. Шертока и Р. де Соссюра. Чрезвычайно подробное его описание можно найти в биографии Фрейда, написанной Э. Джонсом., но и по той причине, что вся эта история оказалась плодом вымысла.

В 1972 году канадский историк Г. Элленбергер написал статью3 См.: Ellenberger H. F. The story of «Anna O.». A critical review with new data //Journal of the History of the Behavioral Sciences, 1972, № 8, p. 267—279., в которой впервые обратил внимание на факты, полностью опровергающие ранее представленные Брейером в его истории, которая затем с добавлениями Фрейда рассказывалась чуть не в каждой книге по психоанализу. Элленбергер отыскал историю болезни Берты Паппенхейм (так звали «Анну О.»). С этой историей болезни она отправилась в санаторий Бельвю в Кройцлингене после лечения у Брейера. Дальнейшие записи были сделаны врачами Бельвю. По ним Элленбергер установил, что ни о каком «успешном излечении» не было и речи, да и сам факт применения «катарсического лечения» оказывался под вопросом, поскольку основной проблемой, с которой столкнулись психиатры в санатории, была сильнейшая наркотическая зависимость Б. Паппенхейм от морфия. Сохранились у нее и те симптомы, от которых ее, якобы, исцелил Брейер.

О том, что мы имеем дело с явной фальсификацией, в дальнейшем писал X. Т. Эршенрёдер1 См.: Erschenroeder Ch. T. Hier irrte Freud. Zur Kritik der psychoanalytischen Theorie und Praxis. — München-Weinheim, 1986., указавший на то, что именно Брейер пичкал «Анну О.» гигантскими порциями морфия и в результате сделал пациентку морфинисткой. «Истерия» была изначально ложным диагнозом, а пресловутый катарсический метод не дал никаких сдвигов — в результате Б. Паппенхейм вынуждена была в течение трех лет реабилитироваться от последствий лечения, от обретённого морфинизма.

Недавно к этой теме обратился известный датский (живущий в США) историк психоанализа М. Борк-Якобсен2 Borsch-Jakobsen M. Souvenirs d’Anna O. Une mystification, centenaire. — Paris, 1995., который выяснил еще ряд подробностей этого «случая». Он оценил его как гигантскую мистификацию. До того как Б. Паппенхейм начал лечить Брейер, у нее вообще не было истерических симптомов, выявлены были лишь кашель и лицевая невралгия, вызванная заболеванием зубов. Кстати, от лицевой невралгии страдала одна из пациенток Фрейда, который упорно выводил наблюдаемые симптомы из истерического невроза (случай «Цецилии М.» — Анны фон Либен). Сам Брейер говорил о том, что это была «инкубационная фаза», во время которой шло развитие невроза. Но Борк-Якобсен установил, что лишь вместе с началом гипноза у пациентки появились «гипноидальные состояния», соответствующие теории Брейера, а вместе с ними и шлейф тех истерических симптомов, которые обычно приводятся в этой истории как то, с чем изначально столкнулся Брейер. Иначе говоря, симптомы были вызваны самим лечением. Нечто подобное происходило в Сальпетриер, где пациенты Шарко играли свою роль по правилам, которые устанавливались в этом «театре» терапевтом-гипнотизером. Даже если Борк-Якобсен ошибается в своем предположении, будто Б. Паппенхейм просто приняла эту «игру» и свою роль в «приватном театре» (лишь бы вырваться из несносных условий мещанской семьи), симптомы у нее возникли в результате гипноза, но никак не были символическими воспроизведениями её прошлого.

История была опубликована Брейером в 1895 году, то есть через 13 лет после самого лечения. Рассказ этот, пишет Борк-Якобсен, «слишком хорош, чтобы быть правдоподобным». В психиатрическую лечебницу в Кройцлингене Берта Паппенхейм была помещена по совету и при содействии Брейера, который прекрасно сознавал неудачность всех своих попыток излечить пациентку. В лечебнице сохранилась медицинская карта, переданная Брейером Роберту Бинсвангеру (отцу Людвига Бинсвангера). В ней содержатся записи самого Брейера, а потом записи врача из лечебницы, д-ра Лаупуса. По ним видно, что у больной была сильнейшая лицевая невралгия, что в 1881 году прошла неудачная операция, что она привыкла к большим дозам морфия, который ей давал Брейер, а заодно, так как она не могла спать, еще и к большим дозам хлорала. В «Исследовании истерии» нигде не упоминаются ни невралгия, ни морфинизм. Никакого излечения не было — все истерические симптомы сохранились. Они фиксируются и в другой карте — с 1883 по 1887 год Берта Паппенхейм трижды была в лечебнице Инценсдорф. (Впервые она побывала там в 1881 году.) Брейер отказался ее лечить после того, как она была в Кройцлингене, а не до того. Он долго сопротивлялся публикации этого явно неудачного для врача случая лечения — публикации, в которой описывается happy end. Фрейд знал, какова была реальная ситуация, Брейер не скрывал от него неудачности «катартического» лечения (об этом говорится в письме Фрейда невесте от 5 августа 1883 года, Марта Бернайс была знакома с Бертой). Тем не менее, Фрейд настаивал на публикации — этот «случай» был необходим, чтобы подчеркнуть первенство перед «французами».

Не удивительно, что сама Берта Паппенхейм была противницей психоанализа. Но выступать публично она не могла, занимаясь активной общественной деятельностью — и о длившейся годами истерии, и о морфинизме вспоминать не следовало. Но можно себе представить, каким было её отношение к медикам, которые пользовались этим молчанием и беззастенчиво врали о своих «успехах». Скверно то, что даже область общественной деятельности Берты Паппенхейм Фрейд и его биограф Джонс ухитрялись связывать с «сексуальным интересом», который, мол, определял её невроз. Она спасала малолетних от проституции, а это — в духе этой теории — выводили из вытесненной сексуальности. Как замечает Борк-Якобсен: «Словно психоаналитики никак не могли простить Берте Паппенхейм того, что она выздоровела без их участия».1 Borsch-Jakobsen М. Souvenirs d’Anna О. Une mystification centenair. — Paris, 1995, p. 39. Фрейдом было выдумано и бегство Брейера — будто он вместе с женой спешно уехал из Вены. Ложью в этой истории было и то, что результатом этой поездки был ребёнок — Дора Брейер родилась за три месяца до предполагаемого рассказом отъезда и собственного зачатия. Не было у Паппенхейм «ложной беременности» — это чистейшая выдумка Фрейда.

В узком кругу психоаналитиков некоторые знали, что лечение было неудачным. Об этом как-то прямо сказал Юнг, уже порвав с Фрейдом. Легенда становится истинным мифом после публикации книги Джонса. Трудно возложить за всё это ответственность на Джонса — не сам он всё это выдумывал, но исполнительно повторял за Фрейдом. В письме С. Цвейгу от 2 июня 1932 года Фрейд сам рассказывает эту историю в том же духе; так он преподнес и случай М. Бонапарт в 1927 году (сохранилась сделанная ею запись). Фрейд ухитрился даже выдумать свой визит к Берте Паппенхейм после «бегства» Брейера, хотя он только через полгода впервые услышал об этом случае. Выдумано то, что накануне смерти Брейер признавал правильность теорий Фрейда и будто бы они накануне смерти встречались. Вымыслом оказываются и сведения относительно угрозы самоубийства жены Брейера, и относительно вообще какой-либо роли сексуальности в отношениях Брейера и пациентки. И все это придумывалось для того, чтобы, во-первых, оттенить неудачность лечения, а во-вторых, объяснить отход Брейера из-за его «трусости» — лечение не удалось до конца только потому, что Брейер «бежал», да и от психоанализа ушёл по той же неблаговидной причине2 В 1909 году Фрейд писал Юнгу — 21.11.1909 — что chimney sweeping есть не что иное, как символическое замещение коитуса, а Брейер этого не сумел понять.. Борк-Якобсен прослеживает начальный момент всех этих инсинуаций. Еще в письмах невесте Фрейд начинает придумывать «роман» между доктором и пациенткой, но тут ещё нет центральных пунктов легенды, нет никакой «трусости» и «бегства» Брейера.

Но ещё важнее для разоблачения легенды то, что лечил Брейер вовсе не в духе позднейших теорий — лечение ещё напоминало магнетические сеансы конца XVIII века, а сам Брейер в 1882 году никак не осмыслял его в духе теории психической травмы. Фрейд стал истолковывать этот случай подобным образом тоже далеко не сразу, но примерно с 1888 года, то есть после стажировки в Сальпетриер и выхода статей Жане. Случай был нужен исключительно для того, чтобы отстоять приоритет перед Жане — мол, Венская «школа» раньше и независимо от «французов» совершила все открытия.

Стоить отметить, что Брейер публиковал приукрашенную историю неохотно, он не хотел превращать в неподражаемый образец явную неудачу. Фрейд был лишен таких «предрассудков». Мало того, что Фрейд часто путал свои фантазии и действительность, но и человеческие качества видны здесь не самые лучшие. Даже не касаясь явной лжи (переходящей в клевету, когда речь идет о Брейере), можем ли мы доверять учёному, который придумывает и подгоняет все под нужные ему схемы? Значение совершенных Фрейдом открытий сегодня не отрицают даже многие принципиальные противники психоанализа. Совсем иной может быть оценка личности Фрейда, его моральных качеств. Конечно, он не был первым из учёных, кто приложил все усилия для того, чтобы его учение «затмило» всех предшественников, как будто их вообще не было, кто создал легенду, причем сделал это сознательно. У него были предшественники в подобном мифотворчестве, в том числе среди великих. А. Койре так писал о Декарте: «К сожалению, моральное величие не всегда соответствует интеллектуальному, и в этом отношении Декарта не сравнить с великими докторами схоластики. Он тщеславен, он ищет личной известности; когда он любой ценой добивается торжества своей философии, то речь у него идет не только о торжестве истины как таковой, по прежде всего о победе его учения. Он пользуется хитростями и дипломатическими увёртками подобно иезуитам и делает это весьма утончённо. Он заботится о своей славе и приуготовляет путь для легенды по собственному поводу. Он тайком пользуется источниками и их замалчивает. Он отрицает заимствования, сделанные у других, подчёркивает осуществленные им самим модификации и значение сомнительных положений. Зачастую вообще возникает впечатление, что мы имеем дело не с великим философом, а с остроумным адвокатом. Ему неплохо удалось творение и распространение легенды, пусть не среди современников, а среди потомков».1 Koyre A. Descartes und die Scholastik, Wissenschaftliche Buchgesellschaft. — Darmstadt, 1971, S. 158. Каждое слово, сказанное о Декарте, относится к Фрейду. Более того, Фрейд создал не только легенду, но и «движение», так сказать, материальный носитель самовоспроизводящегося мифа. Физику Декарта могли разумными доводами критиковать и современники, и потомки, и никто из картезианцев не пользовался сомнительным аргументом, что критики метафизики или физики страдают от психического заболевания. Можно сказать, что Фрейд является образцом для немалого числа «интеллектуалов» XX века, которые в меньших масштабах повторяли те же процедуры самовозвеличения.

Даже если мы допустим, что Фрейд верил Брейеру на слово и не заглядывал в историю болезни «Анны О.», мы уже не можем принимать этот случай в качестве первого успешного применения психоаналитического метода. Известны и другие мистификации, когда за блестящими описаниями Фрейда скрывается принятие желаемого за действительное. Так, история «маленького Ганса» — сына Макса Графа, музыкального критика, посещавшего заседания психоаналитического общества, — оказалась безусловной фальсификацией. Это по «свежим следам» выяснил еще швейцарский философ и психолог Хэберлин, хорошо знакомый и с Фрейдом, и с отцом «маленького Ганса». Вряд ли мы имеем дело с сознательной подтасовкой. В то время Макс Граф был истовым поклонником Фрейда (он отошёл от него позже, во время изгнания из ассоциации Адлера). Он расспрашивал ребенка, по существу, подсказывая ему ответы. Сложнее всего оказалось растолковать сыну желание овладеть матерью и ревность к отцу — тот долго не понимал, чего от него хотят и каковы функции половых органов. Не была придуманной только боязнь по отношению к лошадям, но такой страх можно объяснять и менее экзотическими причинами, чем проекция на коня образа отца.

Ссылки всех психоаналитиков на эмпирический опыт следует учитывать, поскольку чаще всего они не заняты выдумками и сознательными фальсификациями. Но доверять им тут не приходится, поскольку «факты» всегда предстают как частные случаи тех «законов», которые были установлены независимо от всякой эмпирии. Фрейд сначала повсюду находил соблазнение в раннем возрасте как причину истерии, а затем отказался от такого рода «фактов» ради других. Можно сказать, что опыт лечения подталкивал Фрейда к определенным теоретическим выводам, что наблюдаемые им случаи противоречили прежним теориям и свидетельствовали о необходимости перемен. Но его теоретические нововведения явно не были результатом индуктивного накопления данных, на основе которых были сделаны обобщения.
(это был фрагмент из книги А.Руткевича)
Вреден ли психоанализ? Альберт ЭллисЛженаука, заблуждения, шарлатанство
18 Июн 2017 13:43:35
Александр1405

Вреден ли психоанализ? Альберт Эллис

Вреден ли психоанализ?

Когда я написал эту статью в 1967 г., психоанализ, отчасти фрейдистского толка, был, несомненно, ведущей формой психотерапии в Соединённых Штатах. Другие виды терапии, включая РЭПТ (Рационально-эмотивная поведенческая терапия) и когнитивно-поведенческую терапию, ещё не стали очень популярными, а те, которые начинали все больше практиковаться, такие как терапия Райха, Салливана, Хорни, трансактного анализа, гештальт и терапия объектных отношений, включали значительную часть психоаналитической теории и практики. В то же время даже ранняя поведенческая терапия, которая была гораздо более активна, чем психоанализ, придавала большое значение раннему детскому происхождению эмоционального расстройства и в значительной степени пренебрегала конструкционистскими философскими основами (такого расстройства).

Путь в тупик
Вероятно, величайший вред, который наносит психоанализ, — он уводит клиентов в тупик от того, что им нужно сделать для улучшения (своего состояния), и даёт «хорошее» (318:) оправдание отказу от усердной работы над помощью самим себе. Что неуравновешенные люди предпочтительно должны делать — довольно просто (хотя ничуть не легко), а именно, чтобы понимать точно обречённые на провал абсурдные идеи, в которые они твёрдо верят и решительно опровергают их, делая и то и другое устно и активно. Таким образом, одно из главных бессмысленных представлений, которого они обычно придерживаются, таково: «До тех пор пока я не являюсь необыкновенно компетентным и популярным, и до тех пор я не являюсь лучшим по сравнению с остальными, я довольно жалок как личность». Они могут решительно опровергать эту философию, спрашивая себя: «Почему я не хорош только из-за того, что многие из моих действий являются недостаточными? Где свидетельство того, что я не могу принимать самого себя, если не нравлюсь другим? Как моё самовосприятие в действительности зависит от внешних критериев?» И они могут активно работать против своих обречённых на провал установок с помощью действий, даже если они, возможно, не выполняют их очень хорошо; рискуя социальным неприятием когда они хотят достигнуть желаемой цели; и экспериментируя с потенциально приносящими удовольствие занятиями, несмотря на возможности неудачи и неприятия.
Психоанализ вербально заводит в тупик ищущих выздоровления людей, поощряя их сконцентрироваться на бесчисленных не относящихся к делу событиях и идеях: таких как что случилось в течение их ранних лет, как они пришли к Эдипову комплексу, вредное влияние их нелюбящих родителей, значения их снов, как крайне важны их отношения со специалистом по психоанализу, как сильно они теперь бессознательно ненавидят своих товарищей и так далее. Это все могут быть интересные куски информации о клиентах, но они не только не выявляют, они часто всерьёз затемняют их основные абсурдные установки, которые изначально были причиной и которые всё ещё провоцируют их дисфункциональные чувства и поведение. Будучи главным образом диагностическим и психодинамическим психоанализ в сущности не выносит философии и, следовательно, ни разу не обращается к основным идеологическим предпосылкам и системам ценностям с помощью которых люди по большей части создают свои симптомы.
Чтобы сделать дела ещё хуже, психоанализ, по существу, является болтливым, бездеятельным, ищущим инсайты процессом с поощрениями клиентов главным образом лежать на своём спинном хребте или сидеть на своих задницах, для того чтобы улучшиться. Находящиеся в здравом уме неортодоксальные психоаналитики часто дополняют эту пассивную процедуру, давая советы, указывающие клиентам, чтобы они что-то делали, помогая им менять их окружение, и т.д., но они делают так вопреки психоаналитической теории, которая решительно настаивает, чтобы они делали по-другому. Тем временем, несчастные объекты психоанализа, которые вероятно остаются взбудораженными большую часть своей жизни в значительной степени потому, что они не слезут со своих задниц и рискуют, решительно поощряемые психоаналитической процедурой и (319:) неуправляемым поведением психоаналитика, продолжать своё неконтактное поведение. Теперь у них есть оправдание что они «активно» пытаются помочь себе, подвергаясь психоанализу. Но, конечно, это заблуждение, если следовать чему-либо вроде классических методик, и они в результате имеют склонность к тому, чтобы становиться более пассивными и возможно даже более растревоженными, чем раньше.

Зависимость

Большинство клиентов являются сверхзависимыми личностями, которые боятся думать и действовать сами за себя и рискнуть быть раскритикованными за сделанные ошибки. Психоанализ, как правило, является процессом, который значительно поощряет зависимость. Сессии часто происходят несколько раз в неделю, они продолжаются в течение лет; психоаналитик часто запрещает клиенту производить какие-либо важные изменения в его жизни в течение курса лечения; позитивный перенос между психоаналитиком и объектом психоанализа обычно поощряется; клиентам часто промывают мозги чтобы они принимали толкования психоаналитика, даже когда они кажутся имеющими притянутое за уши отношение к фактам их жизней; и в группе психоаналитической терапии, семейная обстановка часто намеренно одобряется и удерживается. В то время как множество форм терапии также поощряют зависимость пациента от терапевта, классический психоанализ, безусловно, одно из худших, а психоаналитически-ориентированная психотерапия также худшее направление в этом отношении. С другой стороны, некоторые активно направленные формы терапии, такие как позитивная терапия, РЭПТ и структурная терапия, побуждают клиентов, так быстро насколько возможно к независимому действию и учат их думать о себе с предельной ясностью.

Акцент на чувствах

Постольку поскольку тяжело сделать акцент на спонтанной ассоциации, анализе снов, и вовлечённости клиента и терапевта в отношения переноса и контрпереноса, психоанализ неизбежно ставит на первое место скорее выражение чувств, чем подрывание невротических мыслей. Хорошая доля улучшения в психоаналитической терапии кажется происходит оттого что клиенты чувствуют себя лучше, как результат катарсиса и эмоциональной разрядки и потому что они верят, что психоаналитик в самом деле понимает и любит их. Эта склонность клиентов питаться лучшим, однако часто подрывает их возможности становиться лучше.
Таким образом, объект психоанализа, который крайне угнетён по поводу своего (320:) увольнения с работы и который облегчает душу в индивидуальном или групповом занятии будет часто уходить облегчённым и чувствовать что, по крайней мере, его психоаналитик (или группа) выслушали его, что кто-то в самом деле заботится о нём и что может быть он не такой ничего не стоящий неряха в конце концов. К сожалению, в подведении себя к тому чтобы чувствовать лучше, он забывает осведомляться по поводу своих обречённых на провал убеждений, о которых он говорил себе, которые поддерживают его депрессию, а именно: «Если этот работодатель, который опрашивал меня сегодня не находит меня подходящим, вероятно дело не в желании работодателя, и если я не могу получить очень хорошую работу как эта, это доказывает, что я неспособный и что я на самом деле не заслуживаю ничего хорошего в жизни». Экспрессивный, катарсивно-абреактический метод, который является значительной частью психоанализа, не побуждает этого клиента остановиться и подумать о его философских предпосылках; вместо этого, он дает возможность ему «чувствовать лучше» — по крайней мере, на мгновение — несмотря на тот факт, что он строго придерживается тех же самых предпосылок и несмотря на тот факт что он почти наверняка будет впадать в депрессию, поскольку он будет придерживаться их снова и снова.
В выражении той враждебности, которую психоанализ побуждает, ситуация даже ещё хуже. Начиная с посылки о том, что для клиента плохо чувствовать враждебность и придерживаться чувства враждебности — что является объективно осмысленной предпосылкой с тех пор как есть очевидность поддерживать её — психоаналитики обычно выводят из этого взгляда другую — и довольно фальшивую предпосылку: что выражение чувств враждебности облегчит и вылечит основную враждебность. Вероятно, ничего подобного не является правдой, в действительности, часто случается обратное. Личность, которая на психоаналитических тренингах, побуждается выражать свою ненависть к матери, мужу или боссу может хорошо закончить тем, что станет ещё боле враждебной, действуя в открыто отталкивающей форме к этой другой личности, порождая ответную враждебность и затем становясь ещё более разгневанной.
Кроме этого, выражение враждебности является одной из лучших психологических отговорок. Убеждая себя в том, что другие люди ужасны и что они достойны ненависти, клиентка может запросто проигнорировать своё не поддающееся адаптации поведение и ненависть к самой себе и может превосходно избегать каких либо действий, чтобы заглянуть в свою собственную душу, чтобы изменить своё иррациональное мышление и свои дисфункциональные чувства и поступки. Одна из главных функций эффективного терапевта — помочь клиентке минимизировать свою враждебность (наряду с тем сохраняя её антипатию к неудачным событиям и отталкивающим людям, так чтобы она смогла сама сделать что-то чтобы решить проблемы, связанные с ними). Психоанализ, поскольку лживо верит в то, что настоящая враждебность происходит от прошлых происшествий (скорее, чем от индивидуального философского отношения к будущим и последовательным объяснениям по поводу этих происшествий), почти не имеет метода понимания главных ресурсов ненависти и их искоренения. Терпя провал в том чтобы показать клиентке как изменить свои создающие раздражение взгляды и убеждая её становиться более враждебной во многих случаях, он имеет тенденцию причинять вред вероятно большинству клиентов психоанализа (или мы должны сказать жертв?)

Пособничество конформизму

Главные причины, почему человеческие существа чувствуют себя достаточно взбудораженными, для того чтобы прибегать к терапии состоят в их обманчивых убеждениях в том, что они нуждаются в любви и одобрении других, что они не могут, возможно, быть счастливы совсем, когда они одни, и что до тех пор, пока они не являются успешными они чертовски нехороши. Поскольку психоанализ в высшей степени не философичен, и поскольку он не показывает клиентам, как ясно провести различие между их желанием и необходимостью, чтобы быть одобряемыми и успешными, большинство объектов психоанализа готовы в лучшем случаем скорее становиться лучше адаптированными к культуре, требующей популярности и достижений, в которой они живут, чем становиться личностями в их собственной правоте, которые разрешают себе думать и наслаждаться собой в неуступчивых способах. Психоанализ в своей основе обучает клиента: «Поскольку твои родители были чрезмерно критичны и поэтому заставили тебя ненавидеть самого себя, и поскольку ты способен видеть это, я, твой психоаналитик, без всякой критики принимаю тебя, несмотря на твоё жалкое поведение, и ты теперь можешь принимать сам себя». И также: «Поскольку ты достиг низкого положения, поскольку боялся соперничать со своим отцом или своим братом и я помог тебе улучшиться в понимании этой причины, по которой ты плохо живёшь, ты можешь теперь конкурировать успешно практически с кем угодно и заработать миллион долларов, который ты всегда хотел заработать».Поскольку психоанализ по большей части озабочен историческими событиями в людских жизнях больше чем их идеологическими реакциями на эти события; поскольку он побуждает уступчивость и зависимость; поскольку он чрезмерно подчёркивает личный отношения между психоаналитиком и (322:) объектом психоанализа — по этим и другим причинам он часто побуждает клиентов быть более успешными конформистами скорее, чем постоянно растущими, смело экспериментирующими, относительно свободными личностями. Психоаналитик, сам по себе жестко связанный, как часто бывает, общепринятыми правилами терапевтической игры, в которую он играет, и самоприговорён следовать этим правилам, являясь неуверенной несмелой личностью сам по себе, склоняется к тому чтобы дать плохой пример клиенту и побудить его быть скорее быть зрителем, чем актёром, в драме, которую мы называем жизнью.

Усиление иррациональности

Основные проблемы клиентов часто происходят от самонадеянных нерациональных предпосылок и создания непоследовательных заключений из них. Если бы им помогали с их основным беспокойством, они бы учились лучше задавать вопросы своим предположениям и думать более логично и различать более ясно по поводу различных вещей, которые случаются с ними и отношений, которые они имеют к этим происшествиям. В частности они бы лучше осознавали, что их предпочтения или желания не настоящие нужды или требования, и что только поэтому было бы лучше, если бы что-то случилось, это не причина, почему это абсолютно точно случится или должно случиться.
Вместо того чтобы помогать клиентам, используя когнитивный, семантический и логический анализ, психоанализ предоставляет им множество нефальсифицируемых своих собственных предпосылок и иррациональностей. Он обычно настаивает что они должно быть взбудоражены из-за прошедших событий в их жизнях, что они нуждаются в том чтобы быть любимыми и должны сердиться когда их расстраивают, что они должны годами проходить интенсивный психоанализ для того чтобы значительно измениться; что они должны войти и в конечном счёте работать в отношении интенсивного переноса с их психоаналитиком и так далее. Все эти допущения — как и в случае с большинством психоаналитических гипотез — также вызывают сомнения или являются обманчивыми и объектам психоанализа дают дополнительные иррациональности с которыми надо справляться в добавление к препятствованию извращённому мышлению, которое они приносят в терапию. В бесчисленных примерах они становятся настолько помешанными на своей психоаналитической чепухе, что психоанализ становится их религиозным вероучением и их самым важным для существования, и хотя может до некоторой степени отклоняться от той чепухи, к которой они сначала пришли в терапии, оно в действительности не устраняет этого в реальности, но в лучшем случае покрывает это с этим новым психоаналитическим методом «позитивного мышления». Вместо того чтобы становиться менее внушаемыми и более обладающими критическим мышлением с помощью анализа, они часто становятся хуже в этих отношениях. (323:)

Поглощение и подрыв ресурсов здоровья

Когда клиенты приходят, чтобы пройти курс психоанализа, они обычно достаточно юны и имеют значительный потенциал для достижения психического здоровья, даже если они в данный момент взбудоражены. Психоанализ особенно в своих классических методах, является тягучим, трудоёмким, дорогим процессом, который часто отнимает многие лучшие годы жизней клиентов и мешает им использовать эти годы плодотворно. Чтобы нарисовать более мрачные перспективы, в большинстве случаев аналитическая терапия ведёт к таким крайне скудным результатам, что объекты психоанализа часто крайне обескуражены и убеждены что практически все время и деньги потраченные на психоанализ, потрачены зря что нет возможности для какого либо их изменения и что им лучше избегать всех остальных видов психотерапии всю свою жизнь и привыкать так хорошо как они могут, жить со своими волнениями. Бесчисленное количество бывших объектов психоанализа становятся крайне разочарованными в психологической помощи, поскольку они верят в то, что психоанализ является психотерапией и что если они получают такие скудные результаты от прохождения психоанализа, ничто другое возможно не может помочь им. Если бы факты в данном рассмотрении стали бы известны, вероятно, можно обнаружить, что психоанализ причинил вреда в этом смысле большему количеству людей, чем всеми другими способами, которыми он приносит вред. Число людей только в Соединённых Штатах, которые чувствуют что они не могут позволить себе какую-либо терапию поскольку они напрасно потратили многие тысячи долларов на психоанализ, вероятно велико.

Неверные терапевтические цели

Две главных функции психотерапии, когда она проводится благополучно, таковы: показать клиентам, как они могут значительно изменить своё беспорядочное мышление, чувства и поведение; и помочь им, один раз не быть более болезненно взволнованными, вести более творческое, удовлетворённое, способствующее росту существование. Вместо этих двух целей, психоанализ в значительной степени следует третьей: помочь людям понять или глубже проникнуть в себя и практически понять историю их волнений. Люди — в противоположность психоаналитическим установкам — обычно не корректируют свои основные мысли и поведение, заглядыванием в своё прошлое, отношением к терапевту, или даже пониманием своих настоящих иррациональных установок и противоречивой системой ценностей. Они меняются главным образом с помощью работы и напряжения. Следовательно, им было бы лучше помогать используя их «инсайты», что обычно означает точно понимать во что (324:) они верят и что предполагают прямо сейчас, в настоящем и активно исследовать и ставить вопросы этим обречённым на провал убеждениям и установкам до тех пор пока они окончательно их не изменят. Также им лучше помогать разыгрывать, экспериментировать, принимать неудобства и заставлять себя делать множество вещей, которых они иррационально боялись таким образом, чтобы их поступки эффективно депропагандировали их сдаваться перед их дисфункциональными убеждениями.Психоаналитическая терапия, вместо того чтобы посвящать много времени поощрению и обучению клиентов сопротивляться и действовать против их обречённых на провал убеждений, чувств и поступков, ставит их на тепличную тропу во все разновидности неуместных (хотя иногда верных) инсайтов, которая даёт им прекрасное извинение, чтобы уклониться от выполнения работы, практики, усилия, и само-депривации, вероятно с помощью которой только они на самом деле вероятно изменят свои самоподрывные взгляды на жизнь. Даже если бы это был хороший метод психологического анализа (который таковым на самом деле не является), это отвратительный метод синтеза. Он не очень помогает людям чувствовать себя здоровыми снова и в частности не показывает им, как жить более удовлетворённо когда они, до некоторой степени, перестали без нужды расстраиваться. Поскольку это безоговорочно и недвусмысленно побуждает людей оставаться по большей части на том пути, по которому они идут, хотя возможно для того чтобы достигнуть лучшего понимания самих себя (и часто чтобы сконструировать лучшие защитные реакции так чтобы они могли жить более рационально со своими неразумными предпосылками о себе и о других), часто это причиняет больше вреда, удерживая их от того чтобы они действительно осуществили согласованную атаку на свои фундаментальные беспокойства. Они бы достигли большей выгоды, если бы подвергались неаналитической форме психотерапии или даже если бы они решительно попытались бы помочь себе, читая, разговаривая с другими и усиленно думая.

Заключение

Психоанализ в общем и классический анализ в частности в корне неправы в своих предпосылках по поводу того почему человеческие существа становятся эмоционально взбудораженными и что может и должно быть сделано чтобы помочь им стать менее беспокойными и враждебными. Следовательно, аналитическая терапия большей частью тратит существенную часть времени, обучая клиентов часто ошибочным теориям о себе и о других. Хотя эти теории часто весьма интересны и занимательны, они в лучшем случае могут помочь клиенту почувствовать себя лучше скорее, чем стать лучше.Единственная вещь, которую психоанализ обычно обеспечивает, состоит в том, что объекты психоанализа не смогут понять философскую глубину их создающих беспокойство (325:) склонностей, и, следовательно, не будут работать и практиковаться и в вербально-теоретическом и в активно-двигательном направлении, чтобы изменить свои основные представления о себе и о мире и таким образом улучшить свои показатели и сделать себя менее беспокойными. Хотя он якобы интенсивная и глубинно-сконцентрированная форма психотерапии, психоанализ на самом деле исключительно поверхностная, паллиативная форма лечения. Поскольку он вводит в заблуждение клиентов, что им действительно становится лучше, следуя его правилам, и поскольку он разубеждает их в необходимости совершения трудного пересмотра своих основных философских предпосылок, психоанализ, как правило, причиняет больше вреда, чем пользы, и противопоказан в большинстве случаев, в которых обычно используется.Моё весьма пристрастное мнение состоит в том, что психоанализ часто помогает людям, незаметно производя непсихоаналитические или антипсихоаналитические формы лечении в их «психоанализе». Но чем ближе они приклеиваются к настоящей психоаналитической теории и практике, тем больше вреда они получают. (326:)
Затратные теории ценности есть атавизм, от которого экономистам нужно избавлятьсяЭкономика
18 Июн 2017 13:23:11
Александр1405

Затратные теории ценности есть атавизм, от которого экономистам нужно избавляться

Что такое "затратная теория ценности"?

Это такая теория, которая редуцирует ценность экономического блага к затратам ресурсов (труда и природных благ), при помощи которых экономическое благо было произведено.
Для своего времени "затратные теории ценности" были действительно большим достижением экономической мысли, поскольку они очень неплохо объясняли то, что касается обмена и формирования цен "массовых", "воспроизводимых" товаров.

Затратные теории, впрочем, не сводили цены товаров, участвующих в обмене, к т.н. "стоимости", поскольку утверждали также, что цена товара формируется на свободном рынке и может отклоняться от "стоимости". Однако эти отклонения временные, и в тенденции цены на одинаковый товар стремятся закрепиться в очень узком диапазоне, тяготея к точке равновесия между спросом и предложением, которая как раз и соответствует "стоимости", вычисляемой через затраты.

Более того, сами эти колебания цен вокруг средней точки схождения вроде бы прекрасно объяснялись как раз через затратную теорию. Ведь если на свободном рынке товар в дефиците, и цена товара сильно превосходит затраты, то его становится выгодней производить. Когда рынок вновь насыщается товаром, цена падает. Если она упадёт ниже затрат, то товар станет невыгодно производить, и число желающих делать это уменьшится, тем самым снова уменьшится выпуск товара, и возрастёт его цена. Замечу пока вскользь, что в австрийской экономической школе тоже присутствует как составная часть некая аналогия этой теории, но за "маленьким" отличием: экономическому благу "вменяются" не затраты, а ценность других экономических благ, присутствующих в технологической цепочке производства.

Но уже и Адам Смит, и Дэвид Рикардо прекрасно понимали, что все экономические блага не могут быть охвачены "затратной" теорией. Уже тогда признавались и "исключения", которые не вписывались в общую теорию: например, редкие ресурсы и уникальные произведения искусства, которые невозможно повторить. То же относится и к частному случаю "затратной теории ценности" — трудовой теории ценности в варианте Маркса, который тоже говорил об "исключениях": например, о т.н. "монопольных ценах".

Чтобы было понятно, почему трудовая теория ценности является частным случаем затратной теории, можно рассмотреть пример, который приводил экономист австрийской школы Роберт Мэрфи в дискуссии с анархо-синдикалистом Карсоном.

Пусть зарплата чистильщика обуви равна 10 долларов в час. Для чистки одной пары обуви он тратит 15 минут времени и 1/5 банки крема, которая стоит 25 долларов. Тогда цена одной чистки обуви в соответствии с "затратной теорией" равна 2,5 + 5 = 7,5 доллара.

Сразу виден серьёзный недостаток затратной теории ценности: она ведёт к порочному кругу, поскольку объясняет цены товаров и услуг через цены других товаров и услуг (ресурсов, которые были затрачены). Их, конечно, тоже можно "разложить на компоненты", но всё равно остаётся непонятным, откуда берутся "первичные" цены.

Экономисты, придерживающиеся "трудовой теории ценности", казалось бы, разрешили эту проблему порочного круга, сведя в конечном счёте ценность товара к затратам труда. Любой ресурс, в том числе и природный, рассматривается как "овеществлённый труд". А для измерения самого труда, говорят эти экономисты, можно использовать рабочее время (например, т.н. "общественно-необходимое время" с учётом "сложного" и "простого" труда, как у Маркса).

Сторонники "трудовой теории ценности" просто делают ещё один шаг вглубь производственной цепочки:
Почему банка крема стоит 25 долларов? Потому, что рабочему с зарплатой 10 долларов в час потребуется 2 часа рабочего времени для того, чтобы изготовить из воска ценой 5 долларов законченный продукт. Таким образом, цена одной чистки сводится к цене 15+24=39 минут рабочего времени, т.е., 6,5 долларов, плюс 1 доллар за сырьё — воск (вспомним, что на одну чистку требуется 1/5 банки крема, на изготовление которого ушло 120 минут / 5 = 24 минуты рабочего времени, а цена сырья (пятая часть от стоимости воска для одной банки крема - 1 доллар) сведётся к 6 минутам рабочего времени (ведь 1 доллар — это как раз десятая часть средней часовой зарплаты). Итого одна чистка обуви может быть измерена 45 минутами "общественно-необходимого" времени.

При ближайшем рассмотрении, однако, оказывается, что и "трудовая теория ценности" всё-таки не решает проблему "порочного круга" цен. Ведь сама минута рабочего времени не только ресурс для производства товара, но и товар, участвующий в обмене. Этот товар тоже должен к чему-то редуцироваться, - очевидно, к каким-то другим товарам, затраченным на его "производство". Т.е., чтобы работать эту минуту, рабочий должен питаться, одеваться, пользоваться многими вещами, ценность которых должна быть приведена к этой минуте. И мы снова получим бесконечный цикл. В примере в качестве эталона для измерения ценности рабочего времени указаны деньги ("товар товаров"). Но деньги ведь не едят, ими не одеваются, на них просто покупают другие товары, и деньги тоже не устраняют порочный круг. Сколько стоит 1 доллар в минутах рабочего времени? Из примера понятно, что 6 минут. А почему? А потому, что рабочее время стоит 10 долларов в час. А почему рабочее время стоит 10 долларов в час? А потому, что 1 доллар стоит 6 минут рабочего времени, - и т.д.., до бесконечности.

Но главный недостаток затратных теорий ценности (и в частности, трудовых) даже не в этом порочном круге.
Основных претензий к этим теориям всего 3.

1. Самая основная претензия — методологическая. Затратные теории совершенно не учитывают предпочтений экономических субъектов в качестве причин формирования цен.

Вот типичные возражения сторонников трудовой теории ценности против теории предельной полезности (взято из дискуссии с одной бойкой комсомолкой):

"Представьте такую ситуацию. Вдруг стерлась вся информация о ценах. Задача для разных теоретических школ одна. Восстановить относительные цены, опираясь на технико-технологические параметры производства (вообще говоря, полезностникам они не нужны) и любые другие соображения.
Я уверяю вас, что эта задача имеет логическое решение только в рамках теории трудовой стоимости и марксистской теории распределения общественного продукта".

Дело обстоит в точности до наоборот. Поскольку причиной формирования цен являются не затраты, а субъективные предпочтения участников рынка, то цены очень быстро восстановятся сами, даже если вдруг пропадут все данные о затратах. В условиях свободного рынка, конечно, а не рынка, зарегулированного государством, где действительно кому-то в голову может придти сумасбродная идея "восстанавливать" все цены на основании каких-то умозрительных теорий — вот это как раз и невозможно. Как невозможен и вообще экономический расчёт при социализме (но это уже Мизес, а не Баверк).

2. Затратные теории ценности в прикладном смысле годятся только для товаров массового производства, которые можно воспроизводить вновь и вновь. С помощью затратных теорий невозможно правильно вычислить цену картины Рубенса или даже виолончели, на которой играл, скажем, Ростропович. И даже такая бессмысленная и совершенно антихудожественная вещь, как "Чёрный квадрат" Малевича стоит бешеных денег, покуда есть желающие их платить.
3. Отсутствие учёта временнОго фактора. Во-первых, затратные теории в принципе статичны, они могут объяснить для ограниченного числа указанных в п.2 товаров только формирование неких "равновесных" цен, к которым стремятся цены, меняющиеся чуть ли не каждый день. Затратные теории сами по себе не объясняют этих ежедневных флуктуаций, и косвенно всё-таки привлекают для их объяснения "невидимую руку рынка".

Но самое главное то, что во всех затратных теориях совершенно не учитывается т.н. "первоначальный процент", отражающий временнЫе предпочтения при обмене настоящих благ на будущие. Именно Бём-Баверку принадлежит заслуга формулирования этого закона, согласно которому ценность одного и того же экономического блага сейчас и в будущем времени различается.

То, что социалисты клеймят как "эксплуатацию" путём присвоения "прибавочной стоимости", на самом деле есть не что иное, как разница в субъективных оценках настоящих и будущих благ.

Первая претензия, по-видимому, восходит ещё к Менгеру, предложившему конструктивную альтернативу в виде своей теории субъективной ценности, вторая и третья — скорее уже заслуга Бём-Баверка. Ведь именно он фактически похоронил своей критикой эти устаревшие ещё при его жизни затратные теории ценности, и в частности, трудовые теории ценности Родбертуса и Маркса.

Что касается теории предельной полезности, теории субъективной ценности, то их преимущество в том, что они, включая всё ценное, что могут дать затратные теории ценности, в то же время не ограничивают общности, и рассматривают как товар любые экономические блага, а не только избранные. По сути, субъективная теория ценности и теория предельной полезности — это просто методологически верное обобщение старых теорий, и шаг вперёд в развитии экономической науки.
Является ли экономика наукой? Роберт ШиллерЭкономика
18 Июн 2017 13:19:53
Александр1405

Является ли экономика наукой? Роберт Шиллер

Одной из проблем, связанных с экономикой, является то, что она вынужденно сосредоточена скорее на политике, нежели на открытии фундаментальных знаний. На самом деле экономические данные большинству интересны только как руководство для политики: экономические явления не увлекают нас так же, как внутренние резонансы атома или функционирование везикул и других органелл живой клетки. Мы судим экономику по тому, что она может произвести. Таким образом, экономика больше похожа на инженерное дело, нежели на физику, и является более практичной, нежели духовной.

Проблема в том, что как только мы сосредотачиваемся на экономической политике, в игру вступает множество факторов, к науке не относящихся. В процесс вовлекается политика, и политическое позерство щедро вознаграждается общественным вниманием. Нобелевская премия предназначена для поощрения тех, кто не занимается трюкачеством ради привлечения внимания, и для тех, кто в своем искреннем стремлении к истине мог бы быть ущемлен в противном случае.

Почему же эта премия присуждается за «экономические науки», а не просто за «экономику»? Другие премии не присуждаются за «химические науки» или «физические науки».

Области деятельности, которые используют слово «наука» в своих названиях, как правило являются областями, в которые эмоционально вовлечены массы людей и в которых шарлатаны могут иметь материальный интерес в общественном мнении. Эти области имеют слово «наука» в своих названиях, чтобы отличаться от своих собратьев с сомнительной репутацией.

Термин политическая наука впервые приобрел популярность в конце восемнадцатого века, чтобы выделиться на фоне всех фанатичных трактов, чьей целью было получение голосов и влияния, а не преследование истины. Астрономическая наука в конце девятнадцатого века являлась общим термином для ее отделения от астрологии и изучения древних мифов о созвездиях. Наука гипноза была также введена в девятнадцатом веке, чтобы различать научное изучение гипноза и колдовство или религиозный трансцендентализм.

В те времена существовала такая потребность, поскольку их коллеги шарлатаны обладали куда большим влиянием в общем дискурсе. Ученые были вынуждены объявлять себя учеными.

На самом деле, даже термин химическая наука в девятнадцатом веке пользовался некоторой популярностью ‑ во времена, когда эта область стремилась отделить себя от алхимии и рекламы шарлатанских панацей. Однако необходимость использовать данный термин для отделения истиной науки от практики шарлатанов успела поблекнуть к моменту учреждения Нобелевской премии в 1901 году.

Точно так же, термины астрономическая наука и наука гипноза к наступлению двадцатого века почти вымерли, возможно, из-за слабой веры в оккультные науки в приличном обществе. Да, гороскопы все еще популярны в газетах, однако они находятся там только в сопровождении строгих научных опровержений или ради развлечения; идея того, что звезды определяют наши судьбы, растеряла весь свой интеллектуальный вес. Следовательно, нет больше никакой необходимости в термине «астрономическая наука».

Критики «экономических наук» иногда ссылаются на развитие «лженаучной» экономики, утверждая, что она использует атрибуты науки, например плотностную математику, только ради представления. Например, в своей книге 2004 года «Одураченные случайностью» Нассим Николас Талеб сказал об экономических науках следующее: «Вы можете спрятать шарлатанство под тяжестью уравнений, и никто не сможет вас уличить, поскольку здесь нет такой вещи, как контролируемый эксперимент».

Однако и физика не обходится без подобной критики. В своей книге 2004 года «Неприятности с физикой: Взлет теории струн, Падение науки и что же будет дальше» Ли Смолин упрекает профессию физиков за то, что они соблазнились красивыми и элегантными теориями (в том числе и теорией струн), а не теми, которые могут быть проверены экспериментально. Кроме того, в своей книге 2007 года «Даже не неправильно: провал теории струн и поиск единства физических законов» Питер Войт обвиняет физиков в том же грехе, который совершили экономисты-математики.

Я считаю, что экономика является несколько более уязвимой к моделям, чья обоснованность никогда не будет очевидна, нежели физические науки, поскольку необходимость приближения тут гораздо сильнее, чем в физике, особенно учитывая, что модели описывают людей, а не магнитный резонанс или элементарные частицы. Люди просто могут изменить свое мнение и вести себя совершенно по-разному. У них даже бывают неврозы или проблемы с личностью, сложные явления, которые область поведенческой экономики считает важными для понимания экономических результатов.

Однако не вся математика в экономике является шарлатанством, как утверждал Талеб. Экономика имеет важную количественную сторону, которая не может быть отделена. Задача заключается в том, чтобы объединить свои математические идеи с теми видами корректировки, которые необходимы для того, чтобы модели могли работать при неприводимом человеческом факторе в экономике.

Развитие поведенческой экономики не находится в фундаментальном конфликте с математической экономикой, как, судя по всему, некоторые думают, хотя она вполне может находиться в конфликте с некоторыми модными в настоящее время экономико-математическими моделями. И, в то время как экономика имеет свои собственные методологические проблемы, основные задачи, стоящие перед исследователями, принципиально не отличается от тех, с которыми сталкиваются исследователи в других областях. По мере развития экономики она будет расширять свой арсенал методов и источников доказательств, наука станет сильнее, а шарлатаны будут вытеснены.
Экономика и власть: как политический строй влияет на благосостояние обществаЭкономика
18 Июн 2017 13:15:51
Александр1405

Экономика и власть: как политический строй влияет на благосостояние общества

Сторонники идеи, что залогом процветания страны является авторитарная система управления, любят приводить в качестве примера современный Китай. На практике же, вопреки этому распространенному заблуждению, разные государства придерживаются разной стратегии развития. Старший научный сотрудник Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара Иван Любимов в рамках совместного проекта Фонда Егора Гайдара и Сахаровского центра рассказал о пяти мифах, касающихся экономики и власти. T&P публикуют мнение ученого.

Миф №1

Для экономической стабильности нужна сильная рука

Одно из самых распространенных заблуждений гласит, что для обеспечения экономической стабильности желательно, чтобы власть находилась в одних руках и чтобы эти руки были сильными. Тогда лидер сможет лично контролировать работу всех ведомств, отдавать централизованные распоряжения и своей твердой волей уберегать экономическую ситуацию от непроизвольных колебаний, которые могут случаться при свободном рынке. Более того, мир знает успешные примеры такого управления: Китай после Мао, Сингапур при Ли Кван Ю и Южная Корея при генерале Пак Чонхи. Иными словами, кажется, чем жестче контроль и тверже рука, тем надежнее.
Однако статистика, полученная при изучении состояния экономик в разных политических режимах, говорит, что именно демократия лучше всего обеспечивает стабильность. Возможно, рост в демократических странах будет не столь высоким, каким он иногда бывает при авторитарном управлении, но стабильным и не сильно зависящим от смены лидера и расклада политических сил. Авторитарный режим действительно может достигать более впечатляющих результатов, но, как показывает та же практика, в равном количестве случаев может ввергнуть экономику в катастрофу. Все будет зависеть от личности лидера и дизайна политической системы. По мере же демократизации экономическому росту свойственно выравниваться и стабилизироваться.

Миф №2

Для радикальных изменений нужна неограниченная власть

Китай сегодня, наверное, самый яркий пример того, как авторитаризм способен кардинально повернуть страну к процветанию. Буквально за несколько десятилетий Китай сумел стать второй экономикой мира и при этом остаться недемократическим. В том числе этот пример вдохновил сторонников идеи, что для серьезных перемен нужна вся полнота власти, желательно еще и сосредоточенная в одних руках. Тем не менее, именно Китай демонстрирует все-таки не совсем это, поскольку после Мао страна стабильно управляется коммунистической партией, которая и инициирует смену представляющих ее политических лидеров.
Главное отличие такой системы управления, по мнению политолога Милана Сволика, в том, что механизмы принятия решений находятся в руках элиты по определению ограниченной, при этом достаточно многочисленной, чтобы представлять разные интересы. Такая элита не позволит правителю сосредоточить в своих руках слишком много власти, поскольку будет опасаться в дальнейшем зависимости от него и даже репрессий по отношению к себе. Решения будут принимать коллективно совещательным путем, и базовым станет стремление к максимальной устойчивости и эффективности. Если же лидер не будет отвечать стремлениям разнородной элиты, он будет сменен. Таким образом, авторитарный режим может быть эффективным, если ему удается избегать персонализации власти.

Миф №3

Чтобы хоть что-то изменить, правителю нужно много времени

Часто встречается мнение, что большая территория, запущенная экономическая ситуация и серьезные преобразования требуют слишком много времени, что проблемы невозможно решить за четыре, пять или даже шесть лет. Голландские экономисты Ян Ван Занден и Костадис Папаиоанну занялись изучением этого вопроса и рассмотрели случаи, когда авторитарный лидер находился у власти несколько десятилетий. Как, например, Каддафи, который пришел к власти в 1969 году, или Мубарак, правящий с 1981 года. Всего в поле зрения исследователей попали 58 стран, в которых четверо лидеров находились у власти более 40 лет, двенадцать — более 30, еще сорок — более 20.
В результате выяснилось, что, конечно, доля правды в этом есть, и первые 20 лет правления авторитарного лидера экономический рост действительно происходит. Дальше же темпы роста будут снижаться в среднем на 2,6% в год. Если страна богата нефтью, это может компенсироваться, но только при благоприятной ситуации на рынке. Кроме того, чем дольше один человек остается у власти, тем больше в стране наблюдается рост инфляции. Известный экономист Мансур Олсон выдвинул гипотезу, что в процессе долгого правления лидер превращается из «стационарного бандита» в «кочующего». То есть если в первые годы он склонен думать о перспективе, поскольку собирается долго оставаться у власти, то по мере приближения к ожидаемому концу правления он все меньше заботится о благосостоянии страны.

Миф №4

Чем дольше правитель у власти, тем большую ответственность он ощущает

Казалось бы, чем дольше человек у власти, тем большую ответственность он несет за происходящее. Однако помимо того, что по мере приближения окончания срока лидер, как было сказано выше, все менее заботится об экономике страны, есть еще один момент. Чем дольше правитель у власти, тем меньше у него оснований опасаться, что ему придется отвечать за возможные совершенные преступления. Исследователями также было выдвинуто предположение, что более того, опасаясь дальнейших преследований, авторитарный лидер будет совершать новые и новые преступления, чтобы подольше оставаться у власти.
Парадокс в том, что лучше всего ответственность осознается правителем, когда он знает, что максимум через два президентских срока ему в любом случае придется уйти и его действия на посту главы государства будут оцениваться. В том числе и с точки зрения правовых нарушений, за которыми последует неизбежное наказание. В этом случае он будет максимально заинтересован в том, чтобы уйти, оставив страну и экономику в возможно лучшем состоянии. Ведь это сильно влияет на его репутацию, которая во многом определяет дальнейшие профессиональные перспективы.

Миф №5

Если многолетний лидер уйдет, все рухнет

Вопрос «Кто, если не он?» и мрачные ожидания, что страна погрузится в хаос, зачастую заставляют считать, что пусть лучше лидер, при котором наблюдается относительная стабильность, останется подольше. Экономисты Бенджамин Джонс и Бенджамин Олкен в своем исследовании «Do Leaders Matter? National Leadership And Growth Since World War II» решили выяснить, действительно ли эти опасения обоснованы, и сравнили темпы экономического роста при жизни лидера и после. Для чистоты эксперимента авторы выбрали только те случаи, когда смерть авторитарного лидера была неожиданной и экономика никак не могла бы к ней подготовиться. Начиная с 1945-го и заканчивая 2000-м годом таких случаев набралось 57.
Результаты оказались удивительными. Вопреки ожиданиям, что завязанная на волю лидера экономика рухнет вслед за ним, в последующие после смерти годы, напротив, наблюдался устойчивый экономический рост. И он был тем выше, чем меньше было ограничений у власти лидера при жизни. Дальнейшие исследования внесли коррективы относительно личности лидера. Так, например, выяснилось, что его образованность имеет значение, и если власть покидает лидер более образованный, чем его последователь, то темпы экономического роста будут в дальнейшем несколько ниже.
Ляпы в книгах ЛевашоваЛженаука, заблуждения, шарлатанство
13 Июн 2017 09:56:50
Александр1405

Ляпы в книгах Левашова

1. В книге "Неоднородная вселенная" Левашов утверждает, что фотоны вызывают распад атомов - это дважды бред, во первых распадаются не атомы, а ядра, во вторых фотоны не могут вызвать распад ядер!..

2. В той же книге формула 2.2.3 неверна, соответственно неверны все дальнейшие рассуждения. В современной физике масса - инвариант, а масса фотона ≡0.

3. Его фраза:"Таким образом, пространство может быть в возмущённом и невозмущённом состоянии, что является важным моментом для понимания природы звёзд, к которой мы вернёмся ниже."- Не соответствует действительности, поскольку если пространство в разных областях имеет разные свойства, то и физические процессы в этих областях будут протекать по разному, а это не так. Существует масса экспериментальных проверок однозначно доказывающих, что наше пространство однородно и изотропно. Ещё в 60 годах прошлого века было показано, что неизо тропность пространства не превышает 10-20. Более того, и я об этом тоже писал, свойства нашего пространства-времени очень тесно связаны с характером физических законов. Левашов этого не знает!

4. Тоже: "Именно эта «тёмная материя» и заключает в себе 90% материи Вселенной." - не соответствует действительности.

5. Далее:"В то время как между собой взаимодействуют, образуя новые суперпозиции (гибридные комбинации), как радиоволны, так и фотоны оптического диапазона." - не соответствует действительности. Фотоны (любые) между собой не взаимодействуют!

6. "Именно благодаря наложению друг на друга фотонов семи основных цветов, в природе существует такое богатство красок." - жаль, что Левашов не знает, что основных цветов три, а не семь, причём это деление достаточно условно и связано с особенностями зрения человека. Этот вопрос разбирался неоднократно.

7. "...астрофизики называют его реликтовым излучением Вселенной, которое в основном составляют гамма-излучения" - бред! Реликтовое излучение это микроволны, а не гамма.

8. Относительно мерности пространства - фундаментального понятия "теории" Левашова. Левашов не даёт определение этому понятию, можно только предположить, что Левашов понимает под мерностью общепринятый, геометрический смысл. Далее я писал, что закон обратных квадратов силы гравитационного притяжения тел подтверждён с высокой точностью и в очень широком диапазоне расстояний. Далее, я также писал, что для того, чтобы орбиты небесных тел были устойчивы, мерность пространства должна быть в точности на единицу больше показателя степени в законе тяготения. Т.е. мерность нашего пространства в точности равна 3! Если бы это было не так, то Луна очень скоро упала бы на Землю или улетела от Земли, а Земля в свою очередь, упала бы на Солнце или улетела бы от него!

9. Фраза Левашова: "В классической физике под электрическим током понимается направленное движение электронов от плюса к минусу", причём её он повторяет неоднократно. Это же чушь собачья, семиклассник и тот его обсмеёт: общеизвестно, что электроны движутся от МИНУСА к ПЛЮСУ! Левашов просто перепутал по своему невежеству направление электрического тока и направление движения электронов! А они противоположны.

10. Там же: "Давайте вспомним объяснение природы постоянного тока. Электроны в проводнике распределены неравномерно в радиальном направлении, в результате чего возникает радиальный градиент (перепад) электрического поля." Ну нет в проводнике радиального градиента поля! И нет, соответственно, неравномерного распределения электронов в радиальном направлении!

11. Далее: "Перепад электрического поля индуцирует магнитное поле в перпендикулярном направлении, которое, в свою очередь, индуцирует перпендикулярное электрическое поле и т.д." Очередная чушь, перепад (градиент) электрического поля не создает магнитного поля! Это противоречит экспериментальным данным!

12. Ещё: "Так как, после замыкания цепи, электрический ток в ней появляется мгновенно, вне зависимости от того, как далеко находится источник постоянного тока, и результаты расчётов становятся лишёнными какого-либо физического смысла." Снова чушь, нет никакой мгновенности, есть незнание автором экспериментальных фактов, уравнений Максвелла, телеграфных уравнений!

13. Еще бред: "Итак, продольно-поперечные волны, от инфракрасных до гамма, являются микроскопическими колебаниями мерности, возникшими при термоядерных и ядерных реакциях." С каких пор электромагнитное излучение стало продольно-поперечным? Где эксперментальные факты? Ну а то, что инфракрасное излучение возникает при ядерных реакциях - это вообще чушь неописуемая!

14. Относительно физиологии зрения Левашов пишет: "глаз слепнет на 0,04 секунды после получения каждого фотона" - не соответствует действительности
Никакой связи между прививками и аутизмом не выявленоЛженаука, заблуждения, шарлатанство
13 Июн 2017 09:54:57
Александр1405

Никакой связи между прививками и аутизмом не выявлено

Противники прививок нередко рассказывают страшные истории о детях, у которых после введения вакцины развился аутизм.

В конце прошлого века врачи заметили, что заболеваемость аутизмом заметно выросла: всего за 10 лет количество больных детей увеличилось более чем вдвое. Ученые начали искать причину и выдвигать разные предположения. Одно из них – во всем виноваты прививки.

Оплошность солидного научного журнала

В 1998 году в одном из самых старых и солидных медицинских журналов – The Lancet («Ланцет») – была опубликована работа доктора Эндрю Уэйкфилда и соавторов. Они связали аутизм и воспаление в кишечнике у детей с введением MMR – вакцины против кори, краснухи и свинки (эпидемического паротита). Авторитет журнала сделал свое дело – вскоре СМИ уже спешили предупредить общество о том, что прививки могут быть опасны для психического здоровья детей. Многие родители обрели повод для беспокойства, а борцы с вакцинацией лишний раз «убедились» в своей правоте.

В результате в разных странах стало расти число отказов от вакцинации, последствия чего не заставили себя ждать. Спустя некоторое время в США были зарегистрированы вспышки кори среди непривитого населения. В Северной Ирландии такая вспышка привела к гибели трех человек. В Англии и Уэльсе число подтвержденных случаев кори возросло с 56 в 1998 году до 1000 в 2007. Тогда многие ученые глубоко усомнились в выводах, сделанных доктором Уэйкфилдом. Во-первых, в исследовании приняли участие всего 12 детей – такая выборка слишком мала. Во-вторых, прямая причинно-следственная связь между прививкой и аутизмом так и не была доказана. А спустя некоторое время ученого обвинили в нарушении этических принципов и сотрудничестве с адвокатами родителей, которые пытались отсудить деньги у производителя вакцины.

Через несколько лет руководство журнала «Ланцет» официально признало исследование Уэйкфилда мошенническим и сняло статью с публикации. Были проведены многочисленные исследования, которые доказали, что между вакцинацией и возникновением аутизма нет никакой связи. 10 из 12 соавторов исследования Уэйкфилда впоследствии отказались от статьи, да и сам ученый признался, что нарушил принципы медицинской этики. Однако отголоски взрыва информационной бомбы почти двадцатилетней давности слышны до сих пор. У «антипрививочников» появилось еще одно пугало, которое помогает отговаривать родителей от вакцинации. И не только родителей – автору этой статьи приходилось слышать высказывания о вреде прививок даже от врачей поликлиник.

В 2002 году было проведено еще одно исследование, которое якобы доказывало связь иммунизации с аутизмом: доктор Ульман с коллегами исследовали образцы кишечника 91 ребенка с различными отклонениями, в том числе с аутизмом, и 70 здоровых детей. В кишечнике 75 больных детей обнаружили вирус кори. Но и это исследование ничего не доказывает. Ученые не учли, получали ли дети прежде противокоревую вакцину. Невозможно проверить, откуда взялись обнаруженные в кишечнике вирусы – то ли из вакцины, то ли заражение произошло раньше. Высока вероятность ложноположительных и ложноотрицательных результатов – из-за погрешностей в анализе вирусы могли быть «найдены» там, где их нет, и наоборот.

Что такое аутизм, и почему он на самом деле возникает?

Аутизм – заболевание, при котором нарушается развитие головного мозга. Ребенок утрачивает способность нормально общаться с окружающими и взаимодействовать с обществом, круг его интересов сужается, он постоянно совершает одни и те же действия, любит предсказуемость и не умеет сопереживать другим людям. Причины заболевания пока еще изучены не до конца. Основную роль играют нарушения в генах, в частности, отвечающих за формирование связей между нервными клетками. Риск аутизма у ребенка повышается, если беременная женщина перенесла грипп, лихорадку, принимала антибиотики. Ученые рассматривают и другие возможные факторы риска. Обычно диагноз устанавливают до 3-х лет.

Чаще всего признаки аутизма нарастают постепенно. Но некоторые дети до определенного возраста развиваются нормально, а потом начинается «движение назад». Такой вид аутизма называется регрессивным. Именно его связывали с вакциной MMR. Что же изначально заставило ученых усомниться в безопасности вакцины против кори, краснухи и свинки? Одна из причин – рост распространенности аутизма: с 1980-х годов количество больных детей сильно увеличилось. Отчасти это связано с тем, что врачи стали лучше диагностировать болезнь. Но, видимо, есть и другие причины. Еще одним стимулом для исследования Эндрю Уэйкфилда стало сотрудничество с адвокатами родителей, подавших иски против производителя вакцины.

Часто аутизм развивается как раз в том возрасте, когда ребенку делают прививку, но это еще ничего не доказывает. Если два явления происходят примерно в одно и то же время, не обязательно одно из них является причиной другого.

После того как в авторитетном научном журнале появилась статья о связи прививок с аутизмом, ученые из разных стран очень тщательно подошли к проверке этой информации. Целью многих серьезных исследований, проведенных позже, было не доказать безвредность вакцин, а проверить, действительно ли они могут влиять на психическое развитие ребенка. Если бы ученые нашли убедительные доказательства того, что иммунизация повышает риск аутизма, то вакцину MMR, вероятно, перестали бы применять и начали бы искать безопасные аналоги. Однако доказательства так и не были найдены.

Недавние исследования

Весной 2015 года ученые в очередной раз решили проверить, есть ли связь между иммунизацией и аутизмом. Во время исследования наблюдали почти за 100 000 детьми, у 2000 из которых уже были больны старшие братья или сестры.
И снова исследователи не выявили никакой связи между прививками и аутизмом: вакцина MMR не повышала риск заболевания даже у детей, которые имели больного брата или сестру. Среди невакцинированных детей аутизм развивался так же часто, как и среди вакцинированных, причем в том же возрасте.

Ученые уже давно не сомневаются в том, что вакцины непричастны к возникновению аутизма, однако эти сомнения пока еще остаются у многих родителей. В России вакцинация против кори, краснухи и свинки входит в Национальный календарь профилактических прививок и проводится в возрасте 12-ти месяцев. Так прививать или не прививать детей? Возможно, ответ станет очевиден, если представить, что рядом с вашим невакцинированным ребенком оказался больной человек. Это уже реальные, а не надуманные риски. Последствия такого контакта могут быть весьма серьезными.

автор: Антон Кабанов - врач-педиатр, популяризатор медицинской науки

https://pp.userapi.com/c639424/v639424139/20fa7/clvbp4De_tg.jpg
Артур Чубур - Разоблачение Чудинова, Мулдашева, Фоменко и других шарлатановЛженаука, заблуждения, шарлатанство
14 Мая 2017 09:47:44
Александр1405

Артур Чубур - Разоблачение Чудинова, Мулдашева, Фоменко и других шарлатанов

Артур Чубур - Разоблачение Чудинова, Мулдашева, Фоменко и других шарлатанов

Минимальная зарплата в 25 тысяч рублей — хорошая идеяЭкономика
9 Фев 2017 14:55:43
Александр1405

Минимальная зарплата в 25 тысяч рублей — хорошая идея

Что с Россией не так?

Россия — на первых местах мирового рейтинга по уровню социального неравенства.

Есть разные способы победить неравенство: например, ввести прогрессивный налог или поднять пособие по безработице. Но как только кто-то предлагает решения этой проблемы, его сразу называют популистом.

Та же участь постигла Алексея Навального: в своей предвыборной программе он предложил установить минимальную заработную плату в 25 тысяч рублей.

Популизм ли это?

Давайте посмотрим, как изменится структура ВВП России, если эта мера будет реализована при текущих макроэкономических параметрах. И давайте сравним российский ВВП со странами «Большой двадцатки».

ВВП — это рыночная стоимость всех проданных товаров и оказанных услуг на территории страны в течение года. Расходы всегда являются чьими-то доходами, поэтому и ВВП можно посчитать не только через потребление, инвестиции, госрасходы и чистый экспорт, но и через доходы.

Есть три типа доходов:

Оплата труда наемных работников, включая расходы на социальное страхование и пенсионное обеспечение.

Чистые налоги на производство и импорт — по сути, это рента с добычи полезных ископаемых и их последующего импорта за границу.

Предпринимательские доходы — прибыль фирм, проценты за пользование капиталом, доходы индивидуальных предпринимателей.

Косвенные налоги (налог на прибыль, НДС) не учитываются в ВВП, чтобы избежать двойного счета, так как их базой выступают те же прибыли и заработная плата.

Доля трудовых доходов в России на 6–7% ниже, чем в среднем по странам «Большой двадцатки». Причина этой разницы — слабость демократии и гражданских институтов в России. Результаты выборов не зависят от мнения населения, профсоюзы слабы, а социальные протесты малочисленны. Значит, нет смысла перераспределять доходы в пользу наемных работников.

Сколько мы потратим?

В России трудоустроено 72 323 000 человек. Из этой цифры необходимо вычесть предпринимателей, которых, по данным ЕГРИП, около 3,5 миллиона человек, а также тех, кто работал неполный рабочий день — без субъектов малого бизнеса таких было, по данным Росстата, около 1 миллиона человек. Таким образом, верхняя граница числа наемных работников, занятых полный день, — 67 820 000 человек. Из них 50,3 процента получают зарплату меньше 25 000 рублей.

При этом зарплату от 5000 до 5800 рублей получает 1,4 процента занятых, зарплату 17 000 до 25 000 — 20,9 процентов. Еще 50 процентов трудоустроенных получают среднюю заработную плату 15 329 рублей.

Соответственно, от введения обязательной минимальной заработной платы больше всех выигрывают самые бедные. В среднем каждый наемный рабочий, получающий меньше 25 тысяч, должен получить 9671 рубль (25 000 — 15 329).

Таким образом, всего в экономике за год необходимо перераспределить: 9671 (средняя прибавка) * 67 820 000 (количество наемных работников) * 50,3 процентов (доля, получающих меньше 25 000) * 12 (месяцев) = 3,96 триллиона рублей.

Прибавим страховые взносы и расходы на пенсионное обеспечение, которые в сумме составляют 30,2%. Общая сумма составит 5,15 триллиона рублей (3,96 * 1,302).

Размер российского ВВП в 2015 году — 83,23 триллиона рублей.

Очевидно, из-за введения минимальной заработной платы многие потеряют работу. Прежде всего те, кто лопатой роет яму там, где должен работать экскаватор. Эти рабочие места сейчас сохраняются лишь потому, что людям можно почти ничего не платить.

Работодатели в свою очередь будут стремиться сохранить прибыли, увеличивая цены на готовую продукцию. В совокупности эти эффекты сформируют структуру экономики, характерную для развитых стран.

Чем мы рискуем?

Многие опасаются инфляции. Давайте оценим риски. Для введения 25 000 МРОТ, согласно обозначенной выше структуре, необходимо увеличить расходы на заработную плату на 13,7%. Доля расходов на зарплату в экономике составляет 45 процентов. Соответственно, чтобы покрыть возросшие расходы, цену готовой продукции необходимо увеличить на 13,7% * 45% = 6,165%. Это и будет верхняя граница возможной инфляции.

Однако в реальности увеличение цены уменьшает объем потребления и заставляет цену ползти вниз. Кроме того, безработица и инфляция обратно пропорциональны друг другу, то есть чем выше уровень безработицы, тем ниже инфляция.

Таким образом, дополнительная инфляция составит 2-3 процента и распространится она по большей части на все общество. То есть те, кто зарабатывает много, потеряют вот эти проценты. Доходы же беднейших рабочих увеличатся в разы.

Конечно, столь резкое повышение планки зарплаты — весьма радикальная мера, учитывая, что сейчас МРОТ даже ниже прожиточного минимума и к нему привязано множество социальных выплат, которые также автоматически увеличатся. Но само направление реформ безусловно правильное и соответствует успешным примерам в мировой практике.

Введение МРОТ в Германии не привело ни к инфляции, ни к безработице. А в США увеличение МРОТ увеличило зарплаты низкооплачиваемых работников, сохранив занятость.

Алексей Гаскаров